Само слово «Аквалеп» означает лепку фактуры на картоне с применением воды. Дальше — технологическая цепочка с завершающей росписью фактуры чёрной краской. эта техника, всего лишь пластический язык, придуманный мной для определённого рода задач, для композиций, где отношения Белого и Чёрного, а так же Фактура, составляют часть Образа.
Представлены 15 работ в технике «Аквалеп», выполненных в 2010 году и показанных на двойной выставке с Владимиром Старовойтовым. Выставка под названием «Концерт для Птицы и Фагота» проходила с 14 октября по 15 ноября 2010 года в галерее «PORTMAY» г. Владивосток.
Создание собственных техник не является для меня самоцелью, но позволяет наиболее полно высказаться как художнику, тем более, что оставаться в творчестве самим собой для меня — жизненное кредо.
Печатная графика (эстамп) была создана в первую очередь для многократного воспроизведения (иллюстраций, репродукций живописных работ, плакатов и т.д.), поскольку фактически являлась единственным способом массового тиража изображений.
В наше время это не актуально в связи с развитием разных множительных техник и печатная графика стала самостоятельным видом изобразительного искусства где графическим технологиям отводится роль скорее дополнительного художественного языка, чем способа размножить нарисованное.
По технике выполнения печатную графику в основном делят на «Высокую», «Глубокую» и «Плоскую» печать.
Высокая печать
Поверхность клише неровная, краска наносится валиком или кистью на выпуклые места, а углубления остаются чистыми, бумага прикладывается и прижимается прессом, ложкой, валом и т.п. (по аналогии с печатями на документах)
Ксилография, автор не известен
Ксилография (гравюра на дереве) — один из самых старинных способов печати. На доске резцом вырезается рисунок. Полученный оттиск зависит от породы дерева, качества резца (это и дешевый массовый печатный лубок, и экслибрис с тонкими тональными переходами). Также называется продольной гравюрой. Техника требует помимо особого видения очень высокого мастерства.
Торцовая гравюра на дереве изобретена к Англии в конце XIX в. Здесь поверхностью служит поперечный срез дерева и не надо быть привязанным к волокнам, что дает большую свободу действий при работе с линией и тоном. По работе и результату на нее похожа гравюра на пластике. Очень изящные вещи.
Линогравюра, Власенко, Кубан. ПГУ, 1968
Линогравюра из-за особенности материала тяготеет к крупным монументальным формам и резким тональным переходам, часто плакатного типа. Широко применялась с конца XIX по середину XX в. Лучше всего для нее подходит старый (пробковый) линолеум, который сейчас по-моему не выпускают. Из современных используют линолеум без рельефа и гладкого покрытия, иногда режут по обратной стороне с ровной фактурой. Печатают по сухой бумаге в прессе или прокатывая в офортном станке. Интересные эффекты можно получить используя фактурную бумагу типа обоев.
Гравюра на картоне дает небольшое число оттисков, зато продавливается целиком, что хорошо применяется для разнообразия фактур и тонов.
Глубокая печать
При глубокой печати краска, наоборот, заполняет углубления, канавки и неровности, а с гладкой поверхности счищается. Влажная бумага прижимается к доске и прокатывается под большим давлением в офортном станке, где вал с сукном или войлоком вдавливает ее в доску, заставляя выбирать краску из углублений.
Сухая игла, Т. Немальцева. 2 курс, 2003
Резцовая гравюра и сухая игла. Самый тяжелый и трудоемкий вид печатной графики. На металлический лист (в основном медный) резцами или иглами разного сечения наносятся штрихи-бороздки, где будет краска, причем чем глубже бороздка, тем насыщеннее получится линия. Это знаменитые гравюры Дюрера, в России, например, морские баталии Зубова. На худ.-граф. факультетах МПГУ и других московских педагогических вузах вместо металла царапают по оргстеклу и толстой пленке, что гораздо легче, но дает меньше оттисков (что впрочем сейчас не так актуально). При печати очень эффектно совмещается с монотипией (если краску с доски вытирать не полностью), что многие графики-эстеты считают «грязью», когда где-то не виден штрих, а на мой «живописный» взгляд — это очень интересно, потому что при этом каждый оттиск не похож на другой.
Офорт, акватинта, И. Янов, дипл. лист из серии, 1997
Меццо-тинто («средний тон») — доску сперва делают шершавой с помощью специальных зубчатых «качалок» или протравливают в кислоте, что дает при печати темный бархатистый тон, а потом заглаживают и полируют светлые места будущего оттиска. Получается чем-то похоже на черно-белую репродукцию живописи времен классицизма и романтизма (тогда, собственно, меццо-тинто и было очень распространено).
Пунктир был придуман в Англии во времена барокко и рококо. Рисунок делался не штрихами и линией, а набиванием множества мелких точек. Эффект был потрясающий, но ввиду своей «маньячности» эта техника долго не просуществовала.
«Карандашная», «пастельная» и прочие «манеры» — так называлились гравюры, где доску гравировали с помощью хитрых приспособлений типа колесиков с иголочками, зубчатых гребенок и других, что при печати давало эффект рисунка карандашом, углем, пастелью и т.п.
Офорт (или травленый штрих) — наиболее всеми любимый и распространенный вид графики. Доска (медь, цинк, сталь) покрывается специальным лаком и царапать надо по лаку, обнажая металл, что гораздо легче и не сковывает линию, а бороздки и неровности делает кислота (в основном азотная), разъедая металл и почти не трогая лак. Недостатком является то, что кислота «тупо» травит линии одинаковой толщины и глубины, поэтому используют иглы разного диаметра и применяют много разнообразных приемов:
Акватинта («водный тон») — насыпается порошок канифоли или соли, что дает при травлении множество светлых или темных точек, лак наносится разной плотности в разных участках, можно жидко размывать кистью, разные участки травят разное время и разное число раз и т.д. Получаются очень глубокие тоновые переходы, часто похоже на рисунок кистью (отсюда название). Самые известные акватинты — у Гойи.
Мягкий лак, автор не известен
Лавис — похоже на акватинту, только кистью наносится не лак, а собственно кислота в разных количествах на разные участки при травлении.
Резерваж — рисунок наносится тушью с сахаром, масяной краской и всем тем, что не дает офортному лаку закрепиться в данном месте, потом лак смывается водой, обнажая металл как раз там, где был рисунок, и травится доска кислотой.
Белый штрих — после легкого травления лак смывают с поверхности доски и наоборот оставляют в образовавшихся бороздках, потом сильно травят, вся доска проедается, а эти бороздки становятся выпуклыми, их шлифуют, и они при печати становятся светлыми на темном фоне доски.
Мягкий лак — в офортный лак добавляют бараний жир, и он становится липким. На доску кладется бумага и на ней рисуют. Лак прилипает к бумаге, открывая металл для травления. Получается похоже и на литографию, и на монотипию, такой «угольно-карандашный» оттиск. Можно вместо бумаги накладывать фактурный материал.
Конгрев — доска сильно травится до глубокого рельефа и печатается без краски. На бумаге получается тиснение.
Плоская печать
При плоской печати краска химическим или каким-либо другим способом каждый раз прилипает к поверхности клише там где надо, а где не надо не ложится.
Литография, Мельников, 1968
Литография — появилась в Германии с XIXв. Плоскую поверхность камня (известняк) и реже металла зажиривают там, где должна лечь краска, а пустые места протравливают кислотой с клеем, при печати камень смачивают водой (жирные места остаются сухими) и накатывают валиком краску, которая не ложится на мокрые места, прикладывают сухой лист бумаги и протаскивают через литографский пресс. Если камень хорошо обработан, то собственно процесс печати самый простой, его даже легко автоматизировать. Рисунок наносят литографским (жирным) карандашом на шершавый камень и литографской тушью на гладкий, также можно переносить изображение с камня на камень, со специальной бумаги на камень, покрыть камень асфальтовым грунтом и процарапывать и т.п. С XIX до сер.XXв — любимый многими художниками вид графики и основной способ печати цветных плакатов и рекламы. В эпоху модерна достиг расцвета (например знаменитые плакаты Мухи и Тулуз-Лотрека).
Цветная литография, автор не известен
Цинкография, офсетная печать и термопечать тоже можно отнести к плоской или почти плоской печати, а также различные современные печатные и множительные технологии, но с художественной точки зрения (участия графического процесса в творчестве) они малоинтересны.
Монотипия, Д. Жуков, Наблюдатель, 2004
Монотипия (одноразовая печать). Используется эффект «сплющивания» краски в разных вариациях. На гладкую поверхность наносят рисунок акварелью, маслом и другими красками и прижимают лист бумаги или прокатывают в станке под давлением. Наиболее демократична и проста т.н.«обратная» монотипия, когда по поверхности ровно раскатывают густую краску, кладут сверху лист и рисуют по нему карандашом, пальцем и всем чем угодно. На обратной стороне получается изображение с «копирочным» эффектом, тонкими линиями и широкими пятнами.
Граттаж, копия, 3 курс
Граттаж (имитация гравюры). Бумагу или картон покрывают воском или парафином, грунтуют каким-либо тоном (чаще темным) и процарапывают открывая белую бумагу (или наоборот). Вещь очень хрупкая и непрочная. На мой лично взгляд хороша для применения в детском саду в комплексе с выжиганием и чеканкой, хотя есть люди, которые это дело чувствуют и создают очень красивые и интересные вещи.
Это конечно очень беглый и поверхностный обзор и рассмотрены далеко не все виды печатной графики. Многие названия в разных мастерских означают совершенно разные вещи. И вообще я надеюсь что это только начало дискуссии.
Статья размещена с согласия автора
Жуков Денис: dio land.ru
Для начала — предупреждение: никаких открытий я не делаю и новых результатов не докладываю, описываю и показываю известные приемы и небольшие вариации на их тему. С криками «да нам это еще на первом курсе» просьба сразу идти в сад. Практика показывает, что всегда есть кто-то, кому именно эти приемы неизвестны.
Сначала давайте поговорим о бумаге, но только очень коротко, потому что на эту тему есть тонны рассуждений. Бумага для акварели годится не всякая. Конечно, ничто не может вам помешать рисовать акварелью на тетрадных листочках, газетах, картоне и прочих необычных поверхностях, но при этом нельзя ждать предсказуемых результатов, так что их я демонстрировать не буду. Могу показать рисование на папиросной бумаге, но как-нибудь в другой раз и только если будет интерес.
Так что бумагу берем «для акварели» (watercolour paper). Бумага для акварели делится по методу изготовления, гладкости поверхности, весу бумаги, цвету, способу «расфасовки», по цене, наконец. Для меня лично наиболее важная характеристики это вес (плотность) и расфасовка. В последующих примерах вес бумаги — 300 г/кв.м.; чем больше эта цифра, тем бумага толще и плотнее. Я всегда беру «тяжелую» бумагу; и предпочитаю блоки всем остальным видам расфасовки. Что такое блок? Это стопка листов, проклеенные по всем четырем сторонам; только в одном месте оставлен непроклеенный участок, чтобы можно было лист с блока снять по окончании работы.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Почему плотная бумага и почему блок? Потому, что это позволяет обходиться без ненавистной «растяжки» бумаги, которой не избежать, если бумага тонкая, а то она непременно начнет идти волнами и коробиться. Растяжку я показывать не буду, но поверьте мне на слово — это долго и муторно, и в результате так трясешься над своим наконец-то растянутым листом, что уже и рисовать-то ничего не хочется. Так что случай «рассыпной» бумаги давайте не будем рассматривать.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Если, как в данном случае, на руках по недоразумению оказался не блок, а альбом — не надо отчаиваться, все можно поправить, если закрепить бумагу со всех непроклеенных сторон скрепками типа «бульдог» или, если нет такого в хозяйстве — то чистыми (!) бельевыми прищепками. Понятное дело, что при этом полоска бумаги по краю пропадает, но примерно та же полоска все равно уйдет под паспарту если вдруг удастся создать шедевр. Один совет — если действительно берете прищепки, следите за наклоном листа, техника мокрая, весь шедевр может попытаться утечь в океан. Пара толстых журналов под углы решит проблему.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
На чем рисовать взяли, теперь надо найти чем. Пусть это будут кисточки. Вообще, можно обойтись и без них — рисовать можно пальцами, спичками, губками, кредитными и дебитными карточками (см ниже), но все-таки кисточки нам привычнее. Кисточки, как видите, можно использовать разные по размеру и форме. Для меня самые рабочие кисти — большие и плоские. Самая-самая большая кисть на фотографии — в основном для воды и создания фона, но есть мастера, которые рисуют только такими кистями, не размениваясь по мелочам. Единственное, пожалуй, требование к акварельным кистям — они не должны быть жесткими, бумагу довольно легко повредить, а повреждения трудно обыграть в рисунке — в поврежденные участи начинает неравномерно впитываться краска.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
На картинке показан неполный набор предметов, который будет использован — кисти, краски, прихваченная бульдогами бумага, соль, тонкая «пищевая» пленка (стреч-пленка), пластиковая карточка для второй демонстрации. Вода не показана, но она нужна, и менять ее надо часто.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Фактуры с солью и пищевой пленкой
Создание ровного плоского фона в акварели — не проблема, поэтому я показывать не буду, — увлажняете бумагу, разводите краску; разведенной краской, используя большую кисть, быстро-быстро все закрашиваете и идете пить чай. Оно само все равномерно расползется и высохнет ровненьким слоем.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Гораздо интереснее сделать фактуру, чем мы и займемся. Фактуры будем делать две — с солью и с пленкой. Дешево, сердито, дальше кухни ходить не надо.
Краску разводим довольно густо — большинство акварелей очень бледнеет при высыхании, кроме того, по мокрому краска неизбежно разойдется. Если сразу взять краску «в самый раз», такую, какой она по задумке должна быть в конце работы, результат очень разочарует. Пробуем на отдельном листочке бумаги — видите, какой цвет? Не забудьте сравнить с конечным результатом.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Рисуем на влажном листе альбома панорамного формата три квадратика. На заметку: Разной плотности мазки делаются краской разной густоты, а не повторным мазюканьем кисточкой с одной и той же краской — очевидная вещь, но большинство начинающих на ней ловится. Более темные мазки сделаны еще более концентрированной краской, чем показано на предыдущем рисунке.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Теперь быстро, пока все это не просохло, сыплем соль на средний квадратик и кладем творчески помятую пленку на правый.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Левый оставляем для контроля. На заметку: соль сыплем очень аккуратно, мало и из щепоти, не из солонки и не из ложки с горкой. Вот как должно это выглядеть:
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Идем по своим делам — все это должно подсохнуть. Ускорить процесс можно феном, но с другой стороны — куда нам торопиться? Да и соль запросто можно сдуть феном. Сохнет это все довольно долго, особенно тот квадратик, что под пленкой — пару часов. Через пару часов сдуваем соль, снимаем пленку и любуемся полученным абстрактом.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Получаемая с помощью пленки фактура сильно зависит от бумаги. Например, в данном случае бумага была с шероховатой поверхностью, и с покрытием, так что фактура хоть и видна, но не очень выраженная. Сравните с результатами того же метода на гладкой, хорошо впитывающей краску бумаге («Arches Hot Press»): http://hiero.ru/2068549.
Следующие две последовательности показывают два способа сохранить и обыграть в картинке исходную белизну бумаги — задача не очень тривиальная в мокрой акварели. Конечно, белый можно нанести поверху — сначала нарисовать картинку, а потом пройтись по ней белой гуашью или акрилом — но гуашь обычно не дает нужной белизны, а акрил часто «кричит» на акварельном фоне.
Рисование пластиковой карточкой
Задача — добраться сквозь мокрую еще краску до белой бумаги. То есть убиваем сразу двух зайцев — рисуем «мокрым по мокрому», быстыми мазками, и одновременно создаем островки нетронутой бумаги. Понятно, что можно это сделать, кладя краску на сухую поверхность и тщательно обходя те участки, которые должны остаться белыми — прием красивый в исполнении опытного человека, но довольно трудоемкий и не «мокрый».
Увлажняем бумагу. Разводим несколько красок (тут их две, какой-то голубой и умбра). Конечная цель этого маленького примера, достаточно произвольно выбранная — изобразить деревья. (карточкой можно нарисовать белый линейный рисунок, если рисовать углом — наш случай; карточкой, положенной на ребро, можно рисовать довольно убедительные камни ). Тычем кисточкой с умброй примено туда, где крона, с голубым — где небо, со смесью — где трава… в общем, получаются немерянной красоты разводы.
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Теперь берем карточку, и, держа ее углом и под некоторым наклоном к бумаге, быстро, уверенно, с хорошим нажимом проводим несколько линий, стремясь к чему-то древовидному по форме (фотографию помог сделать сын, так что качество еще то, но принцип виден).
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
Получаем вот что:
Куликова Тамара. «Создание фактур в акварели»
По-моему, хорошо.
Использование masking fluid
Мои поиски в гугле ничего не дали и я так и не знаю, как это правильно назвать по-русски — но пусть будет «маскирующая жидкость». Это что-то вроде жидкой резины — в баночке это жидкость, довольно тягучая, которая на воздухе высыхает и становится похожа на высохший клей «момент». На картинке видна баночка. Особо интересующиеся могут даже узнать, сколько она здесь стоит.
Принцип действия очень прост — мы надежно закрываем те участки бумаги, которые должны остаться белыми и свободно работаем с остальной поверхностью.
Еще я тут буду использовать акварельные карандаши, которые тоже есть на фотографии. Почему акварельные — просто потому, что мне не нравится, как сквозь краску просвечивает рисунок простым карандашом на финальной картинке. Рисунок же акварельным карандашом частично растворяется в процессе рисования, и при этом дает немного своего цвета в картинку.
Сюжет у нас будет флоральный для простоты. Берем цветочек
Куликова Тамара. «Сохранение белого в акварели»
и делаем линейный рисунок акварельным карандашом:
Куликова Тамара. «Сохранение белого в акварели»
Теперь жидкость немного разводим водой. Я это делаю только потому,что masking fluid от Windsor&Newton довольно густая и ей трудно проводить тонкие линии; некоторые из этих жидкостей не требуют разбавления, устанавливается надо разводить или нет исключительно экспериментально. Берем старую кисточку, которую не жалко (!) и несколько спичек. Бысто закрашиваем весь цветок, «вытягивая» тонкие линии из прудиков с жидкостью спичками, по мере надобности. Если ненароком капнули на бумагу вне рисунка — не беда, это все можно снять, но ПОТОМ! Не паниковать и стирать пока жидкость еще не высохла, не пытаться. Получаем вот что (капля для демонстрации того, что не надо паники):
Куликова Тамара. «Сохранение белого в акварели»
Моем кисточку (иначе придется выбрасывать по кисточке за прием, даже старых-ненужных столько не напасешься). Уходим по своим делам, надолго (на час как минимум). Все это подсыхает, перестает мокро отблескивать — пора приступать к следующему этапу, но сначала снимаем лишнюю каплю (как снимать — показано ниже).
Теперь щедро мочим бумагу водой, разводим краску и смело рисуем ей прямо поверх нашего цветочка:
Куликова Тамара. «Сохранение белого в акварели»
Можно остановить подготовку фона на этом этапе, но мне уж очень понравилось, как эта бумага берет соль, так что сыплем соль.
Куликова Тамара. «Сохранение белого в акварели»
Идем по своим делам. Возвращаемся, убеждаемся, что все высохло, стряхиваем соль. Дальше собственно снятие маски — маску можно снимать чистым ластиком (стирать, как стирается карандаш) или прямо чистым пальцем. Когда маска начинает отставать от бумаги одним кусочком ее можно захватить пальцами и стянуть, только осторожно, не повредите поверхность бумаги.
Куликова Тамара. «Сохранение белого в акварели»
После снятия маски остается белый силуэт цветка на нашем замечательном соленом фоне. В данном случае все, что мне осталось сделать — подтемнить некоторые области очень сильно разбавленной краской, заодно растворяя и частично смывая рисунок акварельными карандашами. Кроме того, если в процессе нанесения маски местами у цветка получился очень неровный контур, самое время его поправить.
Куликова Тамара. «Сохранение белого в акварели»
That’s all folks :)
Статья размещена с согласия автора
Куликова Тамара: tamara hiero.ru
Страница автора: hiero.ru/Kulikova
Это специальная техника рисования, общая идея которой описывается в литературе по технике живописи. Все достаточно просто, но некоторые приемы приходится отрабатывать в процессе рисования.
Главная идея — лист бумаги протирается чем-то водоотталкивающим (воск, парафин). Я использовал кусочек парафиновой свечи. Протереть можно плашмя или ребром — будет разный видимый результат. Затем наносится слой краски. Такое чередование можно повторять несколько раз. Самое главное — при такой технике можно наносить гораздо больше слоев краски, чем при чистой акварели, а значит, можно точнее проработать форму предмета.
Бумагу можно использовать самую разную, мне больше нравится с неглубоким, хаотичным тиснением (что-то вроде «яичной скорлупы»). Но можно рисовать даже на обычном ватмане. Его, также как и акварельную бумагу, нужно смочить водой и натянуть на планшет, дать высохнуть, а после этого уже можно начинать рисовать.
От того, какой рельеф имеется на поверхности бумаги, будет зависеть и конечный продукт вашего творчества. Парафин остается на выпуклых частях этого рельефа и пятнышки, которые не будет закрашивать краска могут быть совершенно разными.
Иллюстрацией к технике рисования акварелью и свечкой может служить натюрморт «Ледяные фигуры»:
Чурсин Владимир. «Ледяные фигуры»
Акварель светоотражающими красками
В магазинах художественных принадлежностей вы можете купить акварельные краски со светоотражающими пигментами. Они могут называться «серебро», «золото» и «медь» и иметь цвет, соответственно, белый, желтый и кирпично-красный. Как же нарисовать картину такими красками?
Первым делом нарисуем изображение обычной акварелью. На этом этапе мы определим светлые и темные части изображения. Картина должна быть полностью законченной (фотография картины «Гвоздики», 37×37 см, сделана при боковом освещении):
Чурсин Владимир. «Гвоздики»
Далее работаем светоотражающими красками. Прежде всего определяем места, где должны быть проложены светоотражающие краски. Теневые места картины оставляем нетронутыми, а вот места, куда падает свет от мнимого источника света в картине начинаем закрашивать. Используем наиболее подходящий по цвету пигмент: белый (серебро), желтый (золото), кирпично-красный (медь).
Планшет с готовой акварелью нужно расположить так, чтобы свет от источника отражался от бумаги. После первых мазков такой краской уточняем свое положение относительно планшета, чтобы лучше видеть результаты своей работы.
Работать нужно аккуратно, чтобы не потревожить нижние слои краски. Для облегчения задачи можно попробовать с самого начала протереть лист бумаги парафином (что и было сделано в этой работе).
Светоотражающие краски можно накладывать более или менее разведенными, таким образом получая разную степень отражения света. Все время смотрим на акварель в отраженном свете и определяем места, где должны быть проложены эти краски. Места бликов — прокладываем гуще, большие освещенные поверхности — менее интенсивно.
В классической акварели, грубо говоря, мы оставляем белое незакрашенным, а закрываем краской более темные места. А в этом случае — задача обратная: нужно прорисовать световыми красками как раз места освещенные.
На этой фотографии акварельной картины вы можете видеть результат такой работы (фотография картины в отраженном свете):
Чурсин Владимир. «Гвоздики»
Когда все закончено, акварель обычно оформляют под стекло. Но в данном случае нужно учесть, что обычное стекло будет отражать источник света и увидеть картину во всей ее красе будет сложно.
Для оформления таких акварелей нужно использовать специальное безбликовое стекло, которое очень слабо отражает свет, падающий на картину.
И последнее, когда вы повесили картину на место, хорошо будет, если вы предусмотрите специальный направленный источник света (либо можно взять на время просмотра и обычную настольную лампу), который должен быть размещен так, чтобы зритель мог любоваться вашей картиной в отраженном свете.
Статья размещена с согласия автора
Владимир Чурсин: box artslider.com
Страница автора: www.artslider.com
10 декабря в залах Приморского Союза художников открылась коллективная выставка графики, в которой около 40 Владивостокских художников представили более 100 работ. Благодаря поддержке галереи www.artvladivostok.ru выставка, изменив офф-лайн формат, продолжает собирать зрителей (теперь уже не в залах Дома художника на ул. Алеутской, 14 а, а у экранов ПК), соответственно, вызывает отклики и мнения и даёт повод поговорить о некоторых тенденциях.
В тексте, сопровождающем первую часть графических листов на странице галереи, уже говорилось кратко о техниках, которыми владеют Владивостокские художники (рисунок карандашом, тушью, сангиной; акварель, пастель, гуашь; печатная графика — литография, линогравюра, офорт, ксилография; работы в смешанной технике и технике граттажа), и истории развития этой области искусства в Приморском крае.
Попытаемся рассмотреть подробнее некоторые тенденции. Для начала хочется сказать о том, что подобная коллективная, довольно многочисленная для творческой организации, насчитывающей около 120 членов, выставка графики — явление редкое. При том, что персональные выставки графических работ в галереях Владивостока, Артема, Находки (только 2010-й год подарил зрителям графику Д. Кудрявцева, В. Ненаживина, художников группы «Владивосток», А. Заугольнова, В. Олейникова, Е. и О. Осиповых, Е. Кравцовой), как и участие в российских и зарубежных графических биеннале и фестивалях приморских художников, время от времени, происходят. И казалось бы, волноваться по поводу жизнеспособности этой области искусства во Владивостоке не следует. Однако, в общих коллективных выставках раздел графики, многочисленный и разнообразный в советские годы, катастрофически мал.
С одной стороны, изначально графика считалась делом прикладным, подготовительным, уступающим место живописи, в том числе и на выставках и художественных показах. Ещё великий Да Винчи в своё время среди всех искусств, да что там, среди всех человеческих дел, поставил живопись на первое место, назвав живописца «Властелином всякого рода людей и всех вещей». И сегодня кураторы выставок и галеристы к графике относятся, мягко говоря, спокойно.
С другой стороны графические искусство по разнообразию техник (и в оригинальной, и в печатной графике) даёт практически неограниченные возможности художнику для выражения творческого замысла. Ёмкость образа в лаконичных, сделанных единым движением рисунках подчас оказывается большей, нежели живописно созданная пространственная иллюзия мира. Не случайно, не смотря на неласковое отношение нынешней публики к графическому искусству, у него есть беззаветно преданные служители, художники, не отказывающиеся от строгих линий и листа бумаги.
Приморское графическое искусство сформировалось в 1960-е. Хотя, если быть точным, то знаменитое объединение футуристов «Зеленая кошка» (сформировалось в г. Хабаровск в 1920-е), художники которой Ж. Плассе, П. Любарский, В. Пальмов работали и во Владивостоке, ввели молодое приморское искусство в общий контекст отечественного авангарда. Тетрадь офортов «Зеленой кошки» — редкий по изысканности и стилистическому звучанию графический материал.
1960-е же становятся точкой отсчета разнообразия техник: эстамп, линогравюра, офорт, акварель, ксилография появляются на краевых и зональных выставках. Темы этого периода — приморский пейзаж, рыбацкая тема, виды города, история страны. Они отчётливо звучат в нынешней выставке, давая примеры классической школы и мастерства К. Шебеко, Т. Кушнарёва, И. Кузнецова, В. Чеботарёва, В. Олейникова.
О Заслуженном работнике культуры РФ В. Чеботарёве следует сказать отдельные слова. Его искусство называют крупным художественным явлением в истории изобразительного искусства Приморья и всей России. На выставке представлены камерные по размеру пейзажные акварели, по которым судить о богатом и многогранном наследии мастера невозможно. Но именно с Чеботарёвым связана вся приморская графика (в том числе книжная иллюстрация). Выпускник графического факультета Ленинградского института живописи скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина приехал во Владивосток в 1960-м году и сразу же начал преподавать в Владивостокском художественном училище и участвовать в выставках самых серьёзных уровней — в Москве и за рубежом как единственный в то время график от Приморского края. С его именем связан подъём графики на высокий профессиональный уровень, без В. Чеботарева в училище не было бы графической мастерской: всем техникам, в которых художник работал сам, он учил студентов, делясь своими опытом и знаниями. В течение довольно короткого периода, от 1960-х до начала 1980-х, буквально за десятилетие формируются разнообразные направления графического искусства: оригинальная графика (акварель, пастель, рисунок любым материалом), виды печатной графики, книжная иллюстрация, плакат, сатирическая графика (шаржи, карикатура).
В 1990-х проявляется тяготение художников к поиску формы, цветовых сочетаний, дающих серии работ, близких к абстракции. Происходит отказ от печатной графики в пользу оригинальных работ. Техники, в которых работают Е. Макеев, В. Шапранов, И. Зинатулин, Л. Зинатулина, Е. Никитина, близки к живописи: гуашь, смешанная техника с использованием акрила. Тяготение к масштабным сериям отражает экспериментальный подход. К слову, в этих экспериментах утверждаются как графические техники те, что традиционно считаются живописными: гуашь, масло, смешанная техника начинают использоваться все более активно. И скепсис сформированных в классических традициях мастеров не разделяют даже устроители биеннале графики, принимающие работы маслом на бумаге к участию в конкурсе. Кроме того, в художественных акциях начинают принимать участие молодые художники, чьё видение формируется под влиянием современной визуальной культуры и новых технологических возможностей времени.
Налицо явное противоречие: графики становится меньше, но именно этот вид искусства даёт побудительный мотив организаторам престижной сегодня Международной биеннале графики (Санкт-Петербург), которая проводится с 2002 года Фондом «Современная графика» при поддержке Комитета по культуре Правительства Санкт-Петербурга и при участии Международного фонда поддержки культуры «Мастер-Класс». Её задача -показать полную картину происходящего в современной графике, показать тенденции развития различных школ и направлений. Биеннале в Санкт-Петербурге, вдохновителем и главным организатором которой является наш земляк художник с мировым именем Олег Яхнин, вызывает огромный интерес со стороны общественности и профессиональных деятелей.
Не меньшую активность проявили и дальневосточники, выступив в 2007 году инициаторами биеннале графики «Серебряная волна» (г. Комсомольске-на-Амуре). И снова огромный интерес со стороны участников, зрителей, музейщиков. К слову, разделы конкурсов — оригинальная графика, традиционная печатная графика и новые печатные технологии — дали возможность художникам продемонстрировать самые смелые эксперименты.
В этой ситуации выставка «Графика Владивостока» — кураторский отклик на ситуацию, позволяющий исследовать предмет в историческом развитии (хронологический диапазон выставки довольно широк: представленные работы датированы от 1970-х до 2010-го) и удержаться от грустных выводов, поскольку в выставке участвовали интересными работами совсем молодые художники (К. Лукьянчук, иллюстрации к книге «Алиса в стране чудес», В. Косенко, акварель). Кроме того (хочется надеяться) выставка будет началом целой серии графических проектов, которые обещает поддержать нынешнее руководство Приморской организации СХР.
Куратор выставки — О. И. Зотова, кандидат искусствоведения,
доцент кафедры издательского дела и полиграфии
Института массовых коммуникаций ДВФУ
Могу скромно похвастаться, что эту технику я придумал сам. Не отрицаю, что может быть где-то и кто-то уже делал что-то подобное, но эта идея пришла мне в голову совершенно независимо.
Однажды я затачивал карандаш и остатки грифеля, которые были на скальпеле, вытер о бумагу. Совершенно мимоходом глянув на этот след, я вдруг остановился и подумал, что получилась интересная текстура. Несколько раз попробовал повторить это действие. Постепенно начал подбирать способы применения такого приема.
Главная идея состоит в том, чтобы грифель карандаша превратить в порошок, соструживая его на бумагу. Затем, этот порошок нужно скальпелем втереть в бумагу. Нажим на скальпель нужно подобрать так, чтобы порошок закрепился на бумаге и не были видны следы вдавливания.
Чурсин Владимир. «Карандашная стружка»
Эта техника немного похожа на пуантилизм. Обратите внимание, как крупинки грифеля разных цветов соседствуют друг возле друга, формируя при взгляде с расстояния общий суммарный цвет.
Губы, глаза и некоторые другие точные детали прорисованы карандашом обычным способом.
Состружить грифель можно и ножиком, просто мне было удобнее использовать медицинский скальпель. Здесь играет роль и форма лезвия, и его ширина и острота заточки. Ну а дальше нужно практиковаться. Практика — это то, что поможет ответить на все дальнейшие вопросы. Высота карандаша над бумагой, направление соструживания — все это можно менять и использовать в художественных целях. Бумага также может влиять на конечный результат. Шероховатость бумаги может давать дополнительный текстурный эффект.
На следующей фотографии вы видите рисунок, который может получиться в результате.
Чурсин Владимир. «Карандашная стружка»
Статья размещена с согласия автора
Владимир Чурсин: box artslider.com
Страница автора: www.artslider.com
В выставке графики в залах Приморского союза художников в декабре 2010 года участвовало более 30 художников. Представлено около 100 графических листов, выполненных в разных техниках. Рисунок карандашом, тушью, сангиной, акварель, пастель, гуашь; печатная графика — литография, линогравюра, офорт, ксилография; работы в смешанной технике и технике граттажа — разнообразие представленного материала вызывает уважение и к цеху художников, и к самому виду изобразительного искусства, дающего столь широкие возможности выражения творческого замысла.
Магическое пространство, в котором особым образом складываются отношения изображаемого предмета и плоскости, мастер графики В.А. Фаворский назвал «воздухом белого листа». В этом воздухе рождается искусство, в основе которого лежит линия, сочетания чёрного и белого, способность к штудированию натуры, передаче с помощью беглого наброска сути изображаемого. Оно изначально давало художникам практически неограниченную свободу творчества.
Как самостоятельная область искусства приморская графика сформировалась в 1960-е. Эстамп, линогравюра, офорт, акварель, ксилография появляются на краевых и зональных выставках. Темы этого периода — приморский пейзаж, рыбацкая тема, виды города, история страны. Они отчётливо звучат в нынешней выставке, давая примеры классической школы и мастерства К. Шебеко, Т. Кушнарёва, И. Кузнецова, В Чеботарёва, В. Олейникова.
В 1990-х проявляется тяготение художников к поиску формы, цветовых сочетаний, дающих серии работ, близких к абстракции. Техники, в которых работают Е. Макеев, В. Шапранов, И. Зинатулин, Л. Зинатулина, Е. Никитина, близки к живописи: гуашь, смешанная техника с использованием акрила. Тяготение к масштабным сериям отражает экспериментальный подход.
В последние годы появляется графика, в которой отражается специфика современной визуальной культуры и технологические возможности времени.
Хронологический диапазон выставки довольно широк: представленные работы датированы от 1970-х до 2010-го. Это позволяет увидеть некий срез искусства, сравниваемого исследователями с поэзией.
Куратор выставки — О. И. Зотова, кандидат искусствоведения,
доцент кафедры издательского дела и полиграфии
Института массовых коммуникаций ДВФУ
Художник Василий Максимович Свиридов родился 31 декабря 1920 года в городе Владивостоке. Выпускник Владивостокского художественного училища, Член Союза художников. Прожил недолгую, но яркую жизнь. За короткий творческий период он создал оригинальные, талантливые произведения, около 60-ти акварелей и монотипий. Василий Максимович был участником 1 и 2 зональных выставок «Советский Дальний Восток». В 1965 году его работы были представлены в Москве на 1 всесоюзной выставке акварелей, где были приобретены 6 его работ. В 1967 году Свиридова Василия Максимовича не стало.
Антонина Свиридова
Серия пейзажей Василия Свиридова сначала показалась печальной, даже трагичной. Но это было связано не с работами, а с тем, что автора уже нет с нами. А на самих этюдах тёмная цветовая гамма, порой сдержанность в цвете придают цельность и неподдельную честность. Природа бывает и такой: с неброской красотой в духе Саврасова, с последождевой свежестью, с красивым серым небом. Художник смог передать холодный воздух осени, щемящую нехватку солнца и света, предчувствие зимы. Очаровывает воздушность работ и их прочувствованность. Если это атмосфера осени, то она во всём, она поглощает всё. Деревья теряют свой цвет, и замедляется время.
«Из краёв Владивостока» — под этим названием открылась 19-го августа 2010 года в галерее Мими Ферцт в Нью-Йорке выставка графики и живописи молодой художницы Ольги Ненаживиной, дочери известного скульптора Валерия Ненаживина и, естественно, жительницы Владивостока. В течение нескольких лет Ольга Ненаживина успешно работает в Нью-Йорке, городе, который американцы считают центром мирового искусства.
Прежде чем дать характеристику творчества этой замечательной художницы, сделаю небольшую историческую справку: с того времени, когда Пётр Великий «прорубил окно в Европу», русское общество разделилось на две группы. Одна приветствовала это сближение с Западом, другая противилась ему. В девятнадцатом веке они получили названия западников и славянофилов. Впоследствии появилась ещё одна группа, именовавшая себя евразийцами. Члены её считали Россию страной, принадлежащей и Западу и Востоку, своего рода мостом между ними. Мне кажется, что именно с такой евразийской точки зрения и следует рассматривать творчество Ольги Нанаживиной.
Но что же такое Запад и Восток в искусстве? Какие элементы того и другого вошли в её искусство? Сознательно делая большие упрощения, позволю себе сказать следующее: западная реалистическая живопись последних пятисот лет дала нам перспективу, иллюзию пространства и игру света и тени. Этим, однако, она уменьшила, а иногда и уничтожила, основной элемент изобразительного искусства — Линию… Перефразируя Книгу Бытия, можно сказать, что в начале всего была Линия, и она была от Бога и она стала Богом, то есть основой изобразительного искусства. Эту Линию сохранило искусство Востока, не поддавшееся искушению иллюзорности и сохранив плоскостное изображение окружающего мира. Неудивительно, поэтому, что западные художники конца 19-го века, «устав» от иллюзорного реализма, обратились к искусству не-европейских народов, в первую очередь к искусству Востока… Так появились в Европе увлечения сначала китайским, а потом японским искусством, «шинуази» и «жапонизм»…
Графика и живопись Ольги Ненаживиной целиком основаны на этих первичных и фундаментальных традициях Линии и Плоскости. Надо добавить, что Линия на Востоке — это не только контур, обрисовывающий предмет, она имеет свою «жизнь», то есть свою красоту и экспрессивность вне зависимости от изображаемого ею предмета.
Это прекрасно знает и чувствует Ольга Ненаживина. Обладая безупречным вкусом и формальным воображением, она создаёт сложные композиции, в которых содержание и форма представляют собой единое целое. Наиболее сильно в её творчестве влияние японской графики и цветной гравюры. Объясняется это не только близостью Владивостока к Стране восходящего солнца… Вспомним, что графика «Мира искусства» немало взяла от Обри Бердслея, блестящего английского рисовальщика, знакомого с искусством Японии, знавшего, что такое Линия и создавшего свой орнаментальный стиль… Иными словами, японское влияние шло не только через Сибирь, но, попав на Запад, и из Европы. Поэтому японский стиль в творчестве Ольги Ненаживиной имеет ещё и западные и даже славянские оттенки… Так, например, большое полотно под названием «Снег» изображает группу чисто японских фигур, одетых в японские одежды. Однако, их позы, то, что мы называем теперь «языком тела» для меня лично обладают какой-то византийской монументальностью. Восток для нас — не только Китай и Япония, но и Византия и даже Персия, то есть Ислам.
Если говорить о содержании работ художницы, то ключём могут быть их названия, например «В поисках пути», «Весна», «Море», «Молодость», «Бегство», «Комедианты, захваченные врасплох ветром», «Играя со Зверем», «Радость», «Море, берег и взгляд на Восток» (Перевод с английского мой, С.Г.). Символика этих работ может быть воспринята чисто индивидуально и описывать их в деталях не представляется нужным.
Все графические работы Ольги Ненаживиной исполняются японской тушью пером и кистью на бумаге, живописные — на полотне красками акрилик. Гамма их очень ограниченная, вариации чёрных и серых тонов с добавлением нескольких цветов, главным образом красного. Эта сдержанность в цвете делает живопись художницы естественным продолжением её графического мироощущения… На одной работе я хочу в особенности остановиться. Это — автопортрет художницы на ярко красном фоне. Он висит в самом начале выставки и как бы определяет её смысл. Называется он «Моя парти». Сорва «парти» в английском языке имеет два значения. Одно — это политическая партия, то есть содружество единомышленников. Другое — весёлое торжество, приуроченное к празднику, Дню рождения, Рождеству и так далее. «Парти» может быть просто радостной встречей друзей в доме устроителя. Что же мы видим на автопортрете Ольги Ненаживиной? Подперев лицо ладонями обеих рук, художница смотрит в небо. Лицо её бело и напоминает мима, пожалуй, Марселя Марсо или Жана-Луи Барро. Её головной убор представляет собой нечто вроде ладьи, в которой мы видим фигуры японских актёров (театр Кабуки?). все они — её друзья, которых она пригласила отпраздновать свою любовь к японской культуре.
Так, во всяком случае, можно истолковать этот автопортрет. Но он, если вдуматься, может иметь и более глубокий смысл, а именно: изобразительное искусство, подобно немой пантомиме, есть представление образов. Они символизируют челевеческие устремления и чувства.
Вспомним тут известные слова Шекспира, сказанные персонажем одной из его пьес (цитирую по памяти) — «Вся наша жизнь есть сцена и мы на ней актеры, у нас есть наши выходы и уходы и в течении жизни мы исполняем разные роли». Таким образом, мы можем сказать, что Ольга Ненаживина приглашает нас в театр, где на сцене представлена жизнь, увиденная глазами русской художницы, стоящей на грани Запада и Востока и смотрящей на неё с евразийской точки зрения. В целом выставка производит прекрасное впечатление своей изысканностью, красотой образов и интригующим символизмом.
В заключении хочу высказать несколько чисто личных соображений: наша западноевропейская цивилизация находится, как известно, в переходном состоянии. В неё, в результате глобализации, вливаются культуры Третьего мира. Из них влияние японской эстетики можно считать наиболее благотворным. В этом смысле творчество Ольги Ненаживиной можно считать указателем правильного пути, по которому может пойти искусство будущего — не по пути примитивизации и концептуализма с одной стороны и фотореализма — с другой, а путём эстетического восприятия окружающей нас действительности.
Дом, мастерская, собака, кошка с многочисленными детьми. Жена.
Звонит телефон, то мама, которой отмечают 90, то дочь с внучкой из Нью-Йорка.
Наверху мастерская младшей дочери, туда трудно забраться, но там постоянно кто-то суетится. Внук.
Его территория внизу, на первом этаже. Летом всегда открыто окно, двор как будто входит в комнату. Вокруг работы и работа. Он как всегда за столом, деревянная пепельница, лист бумаги. Мыслями, наверное, где-то в прошлом. Люди из детства, друзья, знакомые оттуда постоянно присутствуют в его рассказах. Ещё в них много иронии, много забавного и смешного.
Я спрошу у него сегодня — вам не хочется начать всё сначала сейчас?
Скорее всего он ответит «нет».
Кира Лукьянчук,
координатор проекта «Арт Владивосток»
P.S. Информацию о Валерии Ненаживине, а так же другие его работы вы можете посмотреть в галерее «Арт Владивосток» в разделах: графика, скульптура.
land.ru
