Первая часть персональной выставки Марии Холмогоровой в он-лайн галерее «Арт Владивосток» названа «Легенды и мифы» и предлагает зрителю избранное из творчества интересной и самобытной художницы.
Отчасти связанная с идеей последней персональной выставки в галерее «Арка» («После Эдема», октябрь, 2010) нынешняя на первый взгляд кажется совмещением двух разнородных пластов — вневременного мифологического и повседневного (этюды приморской природы). На самом деле работы объединяет глубинная связь, не явная, не видимая внешне, но от того не менее органичная и прочная. Это связь природы, как материи, из которой вышло всё сущее, и мифа, как осмысления человеческого бытия и формирования традиции отражения мышления в образах.
Уже на раннем этапе творчества проявилась склонность Марии к осмыслению окружающего мира, себя в нём. Первая персональная выставка «Автопортрет на фоне» вызвала реакцию неоднозначную: у зрителя — огромный интерес, у некоторых коллег по кисти — упрёк в самолюбовании. Между тем жанр автопортрета безошибочно обозначал желание Холмогоровой быть сопричастной ко всему, что может волновать сегодня человека и художника. Посредством жанра художница вступала в сложные отношения с творчеством, с действительностью, с поиском собственного духовного и человеческого пространства, с преемственностью поколений. Под кистью Марии ожил практически ушедший сегодня жанр портрета-картины, в котором художник находит своё, неслучайное, место в мире вещей и событий.
Вторая персональная выставка включала сюжетные полотна, в которых прочитывались авторские наблюдательность, умение тонко и точно подметить обстоятельства, при ближайшем рассмотрении оказывающиеся типическими. Личный интерес автора к окружающей жизни позволили появиться Герою — человеку, живущему сегодня со всеми его рефлексиями, вечными вопросами бытия, одиночеством, поиском единомышленников, мгновениями счастья.
Её название — «Образ времени» — звучало несколько публицистически, что было обусловлено содержанием работ, отразивших злободневные вещи. Но уже тогда отчетливо проявилась способность автора сиюминутную сцену перевести на вневременной, философский уровень. В повествовательной ткани обыденных в общем-то сюжетов появился Ангел, бестелесный помощник Бога, охраняющий грешную паству, о чем Лесков написал: «Всякого спасенного человека не ефиоп ведёт, а ангел руководствует…».
Философичность, метафоричность, ассоциативность наполняет работы последних лет, свидетельствуя о наступившей зрелости художника Марии Холмогоровой. Она предпочитает реалистическую манеру, как наиболее возможную для её повествовательных, сюжетных полотен, содержание которых в последние годы становится многозначным. В нём отчетливо звучит притчевая нота, лишённая навязчивой дидактики, морализаторства, но пробуждающая массу ассоциаций, связывающих современную прагматичную реальность с вечными человеческими ценностями. Это притчевое начало характерно не только для Маши Холмогоровой, но для группы приморских художников, в которую входит Мария. Формально не объединившуюся, но в течение нескольких лет выступающую совместно на российских и зарубежных выставках группу, включающую Лидию Козьмину, Олега Подскочина, Евгения Макеева, Анну Щёголеву, отличают внимание к мировой истории, сюжетный подход к решению картины, обращение к мифологической составляющей разных народов.
Мифы и легенды в изложении художницы суть обращение к «золотому веку» человечества. В античность «заглядывали» не единожды. Взять один из самых распространенных сюжетов «Похищение Европы». В разные исторические периоды художники под влиянием стиля эпохи, индивидуальной манеры, личного мировоззрения раскрывали тему Любви, воплощённую в сюжете о похищении красавицы-Европы Зевсом. Древнегреческие вазописцы, римские мозаичисты и мастера помпеянских росписей, Тициан, Тьеполо, Веронезе, Серов — можно перечислять имена обратившихся к мифу и далее, их наберётся не один десяток. Но, как верно заметил Серов, сюжет о похищении Европы — не столько изображение мифа, сколько символ всего греческого искусства с «его высокой декоративностью, граничащей с пафосом».
Думается, что магия этого искусства в его безусловной связи с идеей сотворения мира. «В основе мифических сюжетов лежит одна глобальная мысль — мысль о победе новой жизни над смертью, восходящая к идее сотворения мира, — пишет известный исследователь искусства Древней Греции Акимова, — Вероятно, эта идея возникала очень давно, и с тех пор, создавая каждую новую вещь, человек подсознательно рассматривал её как новый мир, который рождается из бесформенной материи так же, как большой живой мир, космос, родился некогда из хаоса».
Европа Марии Холмогоровой — и канон, и оригинальная интерпретация мифа. У быка-Зевса нет золотых рогов, он не рассекает бурную воду океана, унося Европу от подруг. И жизнерадостная Европа, и Зевс, то бишь, бык, – обитатели острова Русский, излюбленного художниками места пленэров. Но при внимательном рассмотрении понимаешь, что попытка найти первооснову явно обозначена, не смотря на местный колорит. К слову, о ежегодных пленэрах: проходящие на островах близ Владивостока или непосредственно на побережье, они, как глоток свежей влаги. Моменты общения с природой, натурные наблюдения оттачивают мастерство, делают более уверенной руку художника. Тонкие по цвету этюды, натюрморты на морскую тему рождаются после таких поездок. И в этой выставке они представлены. И снова прочитывается подтекст, в котором природа выступает не только в роли копилки впечатлений, но и в роли Материи, Земли, энергией и силой которой питался Антей.
Обращается Мария и к библейским сюжетам, трансформируя их в некие современные притчи. Так, «Чудо Георгия о Змие» перестает быть конкретным сюжетом из жития святого великомученика Георгия Победоносца, но становится напоминанием о вечном противоборстве добра и зла. В «Ковчеге» раскрывается тема нравственных основ нашего времени.
Наконец, в одной из самых ярких работ, удивительной по цвету, живописным качествам, «Эдем» запечатлён вечный сюжет, относящий нас к первооснове бытия. Адам и Ева до изгнания из рая. К теме Адама и Евы в мировой живописи обращались неоднократно: Мазаччо, Дюрер, Бальдунг Грин, Гольциус, Рембрандт, Кранах, Ван Эйк, Микеланджело… Жизнь первых людей, сотворённых богом, подробно описана в Пятикнижии: создание Творцом человека, а после из его ребра женщины, искушение, грехопадение, изгнание из Эдема, расселение людей по миру после пребывания в Эдемском саду. Для того, чтобы понять популярность ветхозаветного сюжета в мировом искусстве, следует вспомнить трактовку истории грехопадения христианскими теологами. Ева, искушённая змеем, отведала запретный плод с дерева познания Добра и Зла. Уговорила Адама сделать то же самое. Бог, узнав о проступке, пришел в негодование и выгнал их из рая. Отныне люди стали смертными. По Библии изгнание из рая — начало земной жизни человека. Нашей жизни со всеми её превратностями и радостями.
Мария Холмогорова интерпретирует сюжет: Адам и Ева ещё в Эдеме, ещё не изведавшие греха, изображённые без одежд. Сочные райские кущи и золото фона, отсылающего к цветовому канону иконописи, оттеняют атлетическую фигуру Адама и хрупкую Еву. Современность напоминает о себе невинной надписью на дереве «Здесь были…». Смысл высказывания меняется, побуждая вспомнить парадокс, сформулированный Ортега-и-Гассетом: «Жизнь отличается именно погружённостью «я» человека в то, что не есть он сам, в чистого другого».
Ольга Зотова,
кандидат искусствоведения,
член Союза художников России,
доцент кафедры Издательского дела и полиграфии ДВФУ
Выставка с лаконичным названием «Рисунок» — первая часть трёхчастной персональной он-лайн выставки Евгения Макеева. В настоящее время это один из самых интересных и творчески состоятельных художников Владивостока, работы которого вошли в коллекции музеев России и зарубежья.
Его живопись и графика узнаваемы по особому колориту, глубине замысла и подчас непредсказуемому ракурсу, то есть углу зрения, которым он выделяет из повседневности события, ложащиеся на холст или бумагу. Его работы трудно назвать сюжетными, хотя формальное действие часто присутствует. Однако это не то внешнее действие, которое, развиваясь, приводит к некоему результату. Скорее, это действие суть внутренняя работа художника, движение души и мысли, изменчивое ощущение мира, оказывающиеся в сумме содержанием полотен и листов.
Евгений Макеев — автор регулярных персональных выставок и постоянный участник коллективных, по которым можно не только определить его место в отряде коллег по кисти, но и обнаружить этапы творческой жизни, начавшейся в 1980-е — годы неоднозначные и сложно поддающиеся оценке в новейшей истории искусства (не только отечественного, но и зарубежного, поскольку именно восьмидесятники — и Евгений Макеев в их числе — сделали прорыв в зарубежье).
Участник молодёжного объединения «Штиль», основанного на чётко сформулированном манифесте художественного поиска и творческой состоятельности, Евгений был в числе тех, кто принёс славу (не побоимся громкого слова) приморскому искусству: выставки «Неизвестная Россия» (Джерси-сити, США), «Дети перестройки» (Нью-Йорк, США), «Три художника из России» (Пусан, Южная Корея) и другие сегодня могут считаться этапными и персонально для художника, и для Приморья, прочно вошедшего в мировой художественный контекст.
В последующие двадцать лет уместились несколько десятков выставок, преподавание в Владивостокском художественном училище, художественных вузах КНР, заведование кафедрой живописи в Дальневосточной академии искусств. В этой ситуации, казалось бы, уместно выстроить некую ретроспективу творчества. Однако хронологический подход, скорее всего, обеднил бы идею показать зрителю разные грани одного художественного явления, о котором подробно напишем в итоговой публикации.
Итак, первая часть — рисунок. Искусство рисунка, как самостоятельной области творчества, можно назвать относительно молодым (если учитывать, что «возраст» изобразительного искусства вообще равен возрасту человека разумного): средневековье было практически не знакомо с рисунком, который выполнял сугубо служебную функцию предварительного контура в книжной иллюстрации и фресковой росписи. Синопии (подготовительный рисунок к фреске непосредственно на стене), сколь точной и искусной ни была рука мастера, покрывали следующем слоем штукатурки и закрашивали, не оставляя зрителю возможности проникнуть в творческую мастерскую живописца.
Однако, уже в следующем, 15-м, век появляется ряд блестящих мастеров рисунка. Поллайоло, Мантенья, Боттичелли и другие художники сознательно относятся к рисунку, как к основе и краеугольному компоненту в живописи. Графические эскизы, зарисовки с натуры, фрагменты человеческого тела, попытки передать его движения, пропорции и ракурсы, взгляд, детали одежды — всё становится лабораторией, без которой немыслим настоящий художник. Сегодня рисунок — обязательная часть образовательной программы в художественном учебном заведении и свидетельство творческой состоятельности мастера одновременно.
Рисунок Макеева называют блистательным. «Рисунок есть всегда», — кратко формулирует Евгений. В начале обучения особые интерес и внимание к карандашу, позже появились мягкие материалы, тушь. Учебные постановки, фрагменты предметов, кисти рук (гением Да Винчи, тончайшего знатока анатомии, положенные в основу обязательного упражнения) — без рисунка, который становился и законченным произведением, и предварительным эскизом к последующей работе в другом материале, невозможно творчество Евгения Макеева. Красноречивым свидетельством этой данности является его признание: «Рисунок мне доставляет физическое удовольствие». Многочисленные альбомчики, в которых Евгений зарисовывает всё, что попадается на пути: и в поездке, своеобразно «фотографируя» окружающий мир и впечатления, и в обыденной жизни, когда рука, держащая карандаш, движется по бумаге в унисон мысли. И тогда это движение действительно оказывается частью физического существования художника.
Есть у того признания и ещё один смысл: место проживания с его восточным, как ни крути, оттенком во всех смыслах оказалось созвучным внутреннему строю художника. В одном из своих эссе Александр Лобычев назвал Евгения художником Побережья, заостряя внимание на том, что не следует рассматривать эти слова в сугубо географическом аспекте, но в творческом. Именно так: в одном из своих интервью Евгений делился впечатлениями от Китая, который, будучи преподавателем художественных дисциплин, воспринимал не как турист, стремящийся к массе впечатлений, но как художник, чуткий к каждой мелочи. Однажды он наблюдал как китаец кистью, смоченной в воде, ведет замысловатую линию по асфальту. Влага высыхает, рисунок исчезает. Но невидимая линия продолжает жить в едином Космосе, где каждой вещи есть свое место. И этот порядок — основа всего сущего.
Отношение к плоскости листа как к пространству, которое живёт в соответствии с определенными законами, Евгений Макеев прививает своим студентам. Если линия разделила это пространство, она же должна объединить его. Первое же прикосновение к листу — это то, что останется потом. Следовательно, не должно быть ничего случайного.
Возвращаясь к выставке рисунка, представленного сегодня, следует оговориться, что соблюдён некий жанровый подход, в основном представлен портрет. В экспозицию не вошли наброски, штудии, так называемые путевые заметки. Портретный жанр всегда занимал особе место в творчестве Евгения Макеева, поскольку в нём точнее, чем в других жанрах определяется сам художник. Модель оказывается его точным зеркалом, в котором отражаются эстетические и человеческие аспекты личности. Образ, точно найденный Иосифом Бродским в «Новых стансах к Августе» применительно к очень личной ситуации глубокого чувства к человеку, вырастает до философского обобщения, где Художник и Модель — части единого целого.
Ольга Зотова,
кандидат искусствоведения,
член Союза художников России,
доцент кафедры Издательского дела и полиграфии ДВФУ
Представляем вам, ставшую уже традиционной, ежегодную подборку курсовых работ студентов кафедры графического дизайна ДВГТУ и, в этом году впервые представленную, подборку кафедры издательского дела и полиграфии ДВГУ. Как известно два этих старейших ВУЗа города объединены в одно целое. Пока не понятно что из этого получится, но есть надежда, что объединение позволит работать студентам и преподавателям более эффективно.
Ещё одно новшество — в этом году мы решили провести отбор и показать самые удачные, на наш взгляд, работы. Быть может это послужит ориентиром и задаст вектор движения для студентов.
Координаторы проекта
Плакаты
В обучении студентов на специальности графический дизайн большое место занимает работа над разнообразными видами плаката. Практически в каждом семестре 3-4 недели уходит на выполнение учебного задания по теме «Плакат». Какими качествами привлекателен плакат для художника, каково его место в ряду других изобразительных искусств? А в том, что плакат — это искусство уже никто не сомневается.
Плакат подобен метеору. Жизнь метеора недолговечна. Его не возможно детально рассмотреть. Он стремительно проносится по ночному небу, и редкий экземпляр становится экспонатом музея. Большинство бесследно сгорает оставляя после себя яркое и недолгое воспоминание. Так и плакат — это блистательный информационный предвестник события, размокнув под дождем, он заканчивает свой век под острым скребком дворника в мусорном баке и на свалке.
В этом и беда и преимущество плаката.
Беда его в том, что такой короткий век вызывает у зрителя (а порой и у самого художника), отношение к плакату, как к чему-то несерьезному, легкомысленному, как к способу добывания денег, далекого от творческих мук и терзаний: — вот это мастерская где я творю, а это Худфонд где я зарабатываю.
А преимущество плаката мне видится в том, что столь сжатые сроки от замысла идеи до её реализации, позволяют создавать художественные образы, отличающиеся лаконизмом, точностью, простотой технического исполнения и многими достоинствами, отвергаемыми или игнорируемыми другими видами изобразительного искусства.
Чем лаконичнее изображение, тем большая смысловая и эстетическая нагрузка отводится каждой отдельной детали. Зритель по этим фрагментам додумывает в своём сознании остальные детали образа. Он активно включается в совместное с автором «сотворчество», превращается в художника плаката. Такой подход делает обычным для плаката широкое употребление знаков и символов, несущих определённую смысловую нагрузку. В этом случае важна точность и выразительность знаков, не допускающая двоякого толкования, чтобы не исказить ассоциативные связи сюжета и не направить воображение зрителя совсем не по тому пути, который предполагается автором. Для формирования правильных ассоциаций требуется, чтобы некоторые аспекты (или фрагменты) изображения были достаточно известны зрителю, связывались с его личным опытом. Поэтому в плакате не грешно применять стереотипные знаки и символы, которые в обиходном представлении связываются с конкретными понятиями: сердце — любовь, паровоз — железная дорога (хотя паровозы уже мало кто видел), подъёмный кран — стройка и многие другие. Такие знаки-символы играют роль словесного комментария, поясняющего содержательность образа. Художнику нужно найти интересный художественный приём выражения таких символов, чтобы не опуститься для пошлых повторов и штампов.
Благодаря своему лаконизму, ассоциативности и знаковости, плакат обладает уникальным исходным свойством — способностью привлечь внимание зрителя и мгновенно раскрыть своё содержание. В этом с ним не сравнится никакое другое произведение искусства. Если такое свойство в плакате отсутствует, он просто не будет замечен, то есть не выполнит ту «метеорную» роль, ради которой он создавался. Поэтому ради привлечения внимания художник использует все доступные ему композиционные средства. Их общие черты: повышенная оригинальность, динамичность композиции, необычность формы, большая контрастность линий и цвета и т.д. Здесь важно в погоне за броскостью не перейти границы эстетических и моральных норм. К сожалению отсутствие моральных границ стало неприятной чертой рекламы и плаката последних десятилетий.
Сергей Палиенко,
заведущий кафедрой графического дизайна ДВФУ
Открытки
Цитата из учебного пособия, в котором краткий, уместившийся в несколько страниц, экскурс, посвящённый фотографике, пожалуй, наиболее уместна для сопровождения лаконичной выставки, участники которой — студенты 5 курса, обучающиеся по специальности «графический дизайн» в Институте массовых коммуникаций ДВФУ:
«Фотографика — понятие многозначное, им определяется и область творчества, и отдельное произведение, и соответствующее художественное средство. Фотографика основывается на синтезе фотографии, рисунка и текста. К фотографике относится любое произведение графического дизайна, будь то плакат или настенный календарь, упаковка или печатная реклама, листовка или буклет, если ведущую роль в их художественном решении играет изображение, полученное фотографическим путём».
В этот курс включены материалы, связанные с видами, жанрами и стилевыми направлениями фотографии. Фотографы первых профессиональных ателье в 19 веке стремительно вносили свой вклад в визуальное искусство. Изучая и в чём-то повторяя законы изобразительного искусства, выявляли возможности, присущие только фотографии. Пикториальное фото, абстрактная фотография, конструктивизм в фотографии, поп-арт, репортажная фотография, фотография в скрин-дизайне и текстиле — без усвоения достижений предшествующего времени, без изучения творческого наследия А. Карелина, К. Блосфельда, Моголи-Надя, А. Родченко, Э. Лисицкого, А. Картье Брессона, Р. Капы, Р. Аведона, Л. Кузнецовой и многих других мастеров внёсших свой вклад в историю мировой фотографии, а также приморских фотохудожников трудно определить отправную точку для собственных поисков.
Итог курса – контрольная работа «Авторская открытка», в основу которой легли фотоизображения, сделанные студентами.
Ольга Зотова,
кандидат искусствоведения,
доцент кафедры издательского дела и полиграфии ДВФУ
Вторая часть персональной выставки Тимофея Кушнарёва «Акварели» демонстрирует искусство сочное, имеющее право называться живописным. И не случайно: разносторонний и очень интересный график Тимофей Кушнарёв начинал работать как живописец.
Его первые полотна были масштабными тематическими картинами. Одно из детских впечатлений дочери художника – натянутый на подрамник холст в комнате (тогда у Кушнарёва ещё не было своей мастерской). Вечером, когда дневной труд был закончен, недописанный холст не убирался. В этой же комнате был телевизор, который смотрели по вечерам. Картина служила досадной помехой для ребёнка, желающего приобщиться к семейному просмотру телепередач.
Часть живописных работ была посвящена излюбленной теме – морскому пейзажу, так мастерски потом отражённому и в акварели. В 1961 году Тимофей Митрофанович стал участником выставки художников-маринистов РСФСР и после неё 3-й Всесоюзной выставки художников-маринистов.
Увлечение акварелью пришло в 1970-х. В 1970-м году с успехом проходит юбилейная персональная выставка художника, а в 1974 году он участвует в крупных выставках акварели: 1974-й – выставка акварели «Индустрия Караганды и Темиртау», 1976 – 4-я Всесоюзная выставка акварели, 1978 – выставка акварели и рисунка в Ленинграде.
В представленную серию вошли акварели разных лет.
Куратор выставки Ольга Зотова,
Доцент кафедры Издательского дела и полиграфии ДВФУ,
кандидат искусствоведения,
член Союза художников России
Персональная выставка Тимофея Кушнарёва — возможность вспомнить, а для кого-то познакомиться с творчеством удивительно светлого, лиричного художника, работавшего во Владивостоке во второй половине ХХ века.
В приморское искусство участник Великой Отечественной войны, живописец и график, Тимофей Кушнарёв пришёл в 1952. Он поступил во Владивостокское художественное училище в 1947 году сразу же после ухода в запас. По окончании училища начал работать в Художественном фонде Приморского союза художников. Пришедший в профессию позже, чем его сверстники, Тимофей Кушнарёв оказался художником по своей сущности. По внутреннему складу, по интуитивно ощущаемому внешнему миру вещей и обстоятельств, которые в его тонких и светлых акварелях, в точном рисунке графических листов представали в новом для зрителя качестве.
Это ощущение, не побоимся пафоса, было дано свыше. С самого начала ничто, в общем-то, не способствовало выбору творческой профессии. Чрезвычайно скудное детство в многодетной семье, война. Кушнарёв прошёл всю Отечественную в западной части страны, после Великой Победы дослуживал в Манчжурии и на Сахалине, демобилизовался в 1948 году, когда уже многие определились в мирной жизни. Ему, почти тридцатилетнему, надо было начинать заново, и он …идёт в художественное училище, подчинив свою дальнейшую жизнь исключительно изобразительному искусству.
Первая мастерская в Доме художника была общей. Индивидуальная появилась много позже в 1970-е, когда он уже был участником всех зональных выставок «Дальний Восток». На его столе всегда краски, этюд — только что вернулся из творческой поездки… К слову, поездки были для художника, не получившего в силу сложившихся обстоятельств (возраст, необходимость содержать семью) высшего образования, возможностью творческого поиска, расширения горизонтов, эксперимента с новой натурой. Кушнарёв ездил сам, с группой акварелистов, был в заездах на Челюскинской даче. География — Байкал, Прибалтика, конечно, Приморье. Критически относящийся к себе, он всегда восхищался тем, как много работают художники Москвы, Ленинграда. Он очень любил русское реалистическое искусство, следовал традициям русской школы. Общение в процессе творческих поездок с художниками других регионов помогало Тимофею Кушнарёву точнее увидеть и оценить то, что делает сам. И от этого рождалось стремление пробовать новое.
В одном из интервью местной прессе в 1970-х Тимофей Кушнарёв говорил: «Себя нужно искать. Искать в любом материале. Работал маслом, акварелью, этим не ограничился. Перешёл к офорту, эстампу, гравюре». Сотни графических листов, выполненных в разных техниках, — свидетельство этих поисков. В своей книге «Художники Приморья» Виталий Кандыба пишет: «В 1960-е графика оформилась как вполне самостоятельная область искусства Приморья. Качественно новый этап начался с появления и развития всех видов эстампа». И называет одного из состоявшихся мастеров линогравюры и офорта Т. Кушнарёва.
Он не был громким, многословным. Пристально рассматривая в лупу офорты Рембрандта, рисунки К. Кольвиц, изучал мельчайшие детали работ. Его профессиональная грамотность вызывала уважение. По–военному дисциплинированный, в душе он оставался большим поэтом, тонким лириком, высказывание которого звучало в акварелях. Даже индустриальные пейзажи (серия «Шахты Караганды») окрашены этим лирическим звучанием.
Отдельной темой в творчестве был город. Владивосток, ставший для родившегося в Амурской области художника родным, предстаёт в его работах многоликим и удивительно красивым. Яхты, Спортивная гавань, парк Минного городка, улицы, пирсы и доки, корабли и причалы, гроза над заливом, влажное утро и одинокий мальчишка, мечтающий на набережной о будущей профессии — в работах Тимофея Кушнарёва есть всё, что позволяет создать настоящую художественную поэму о городе.
Художника нет с нами. Но начатая им линия продолжается: его дочь Людмила Убираева — участница многих выставок в Приморье и за рубежом, член международной ассоциации «Цветы мира». В отличие от отца, она о выборе профессии не задумывалась. Это было само собой разумеющимся обстоятельством. С первых лет жизни она наблюдала за тем, как работает Тимофей Кушнарёв. Вот уже более 30 лет и сама преподаёт во Владивостокском художественном училище, воспитывая новых художников. Вместе с ней подготовлена представленная выставка. Она состоит из двух частей: в первую вошли линогравюры, рисунки и акварели, посвящённые Владивостоку. Во вторую часть — акварели с пейзажами Приморского края.
Куратор выставки Ольга Зотова,
Доцент кафедры Издательского дела и полиграфии ДВФУ,
кандидат искусствоведения,
член Союза художников России
Путешествие в страну драконов и фей, или иначе во Вьетнам, сегодня не является чем-то экзотическим. Увлекательно и доступно (по цене и маршруту из Владивостока: прямые рейсы доставят вас и в Ханой, и в Нячанг). Форумы пестрят отзывами о качестве обслуживания на курортах, вьетнамской кухне, ценах и прочих вещах. И всё же каждый получает своё собственное впечатление о стране, имеющей удивительную историю, неповторимую природу, самобытные, бережно хранимые традиции. Взять камеру в руки и не выпускать её ни на минуту — естественное желание человека, стремящегося материализовать свои впечатления. Фоторепортаж — небольшая их часть.
Впечатление 1
Для начала два слова о поэтическом названии, содержащего метафору. Дракон и Фея — не просто так. Дракон — символ императорской власти, защитник страны, а в истории — основатель рода вьетов, то есть прародитель вьетнамцев. От слова «дракон» образованы многие названия. К примеру, знаменитый залив Халонг переводится — «там, где дракон спустился в море». Столица Вьетнама Ханой, отметившая в 2010 году 1000 лет, в древности называлась Тханг Лонгом, что в переводе означает «город взлетающего дракона». Многие вьетнамские топонимы содержат слово Лонг — Дракон.
Что же Фея? Она верная спутница Дракона, мать вьетов. Легенда гласит: тысячи лет назад сильнейший сын Дракона Лак Лонг Куан убил морское чудовище, обосновался на побережье и женился на Фее Ау Ко. От них появились на свет сто детей. Прожив много лет в согласии, Дракон и Фея всё же решили, что каждый должен быть в своей стихии. Дракон — у моря. А Фея — в горах. Пятьдесят сыновей последовали за отцом к морю, другие остались с матерью в горах. Самый старший сын был провозглашён Королем удивительной страны, названной Вьетнамом.
Дети расселились по ней, сумев объединить и обиходить и влажный, солёный морской берег, и высящиеся в прозрачной дали горы…
Возвращаясь к впечатлениям, скажу, что эта легенда — суть отношения вьетнамцев к своей стране в каждой мелочи: в стремлении к гармонии с природой даже в урбанизированном городе, в жизнерадостном приятия жизни во всех её проявлениях, в любви к своим близким. Бамбуковый шезлонг на пляже или зонт из пальмовых листьев, рисунок из гальки и ракушек, выложенный на бетонированной дорожке, ведущей к морю, беседка в форме раковины, множество цветов — всё говорит о внутреннем единстве с истоками.
Впечатление 2
Жизнь улиц. Думаю, рассказом о байках, запрудивших дороги городов, вряд ли удивишь побывавших в Азии. Но знаменитый Тет (вьетнамский новый год), когда всё население больших и малых городов стремится на улицу, продемонстрировал сверхъестественные способности: на одном из байков, влившихся в общий поток на повороте, восседала вся семья — пять человек, включая двух детишек, выехали на людей посмотреть и себя показать.
К слову, количество двухколёсных машин стало поводом для раздумий об экономике. Средняя зарплата подавляющего большинства — не более 200 американских долларов в месяц. Байк стоит около 1000 долларов. Возможность заработка для подавляющего большинства вьетнамцев в городах — ведение своего бизнеса: ресторанчик, магазин (точнее, микроскопическая продуктовая или вещевая лавка), парикмахерская, что угодно, что дает трудовую копейку (извините, донг). Видимо, экономика малых дел оказывается успешной.
Это обстоятельство порождает ещё один феномен, на сей раз архитектурный. Большой участок земли недоступен по цене большинству вьетнамцев. Но свой дом — это панацея от всего, поскольку в первом этаже как раз и находится искомая лавка-парикмахерская-ресторан. Покупают прямоугольник, выходящий фасадом на улицу, этажи идут вверх, нависая над первым, который обычно меньше по площади, чем верхние. Зрелище удивительное и подчас забавное. Дом такой архитектуры называют «дом-труба». В старых кварталах Ханоя можно встретить небольшую гостиницу подобного типа, имеющую 14 (!) этажей. А ещё жизнь улиц — это непринуждённое времяпровождение в этих самых лавках и магазинах.
Впечатление 3
Далат. Вряд ли есть смысл описывать город, рассказывать его историю. Французская дача, построенная в колониальные времена, сегодня даёт, пожалуй, самое яркое представление о синтезе культур. Находящийся на высоте около 1500 метров в чистом воздухе гор, окружённый виноградниками и кофейными плантациями, оранжереями, в которых растут тысячи цветов, он носит соответствующее название — Город тысячи цветов. Есть и другие — Город любви, Город Весны, Город цветущих персиков…
И снова о гармонии с природой: знаменитые водопады Далата, Парк цветов и, конечно, парк пагоды Thien Vuong Co Sat — всё подчеркивает умение жить рядом с природой, жить в ней.
Отельным штрихом оказался Сумасшедший дом. Вьетнамцы относятся осторожно к этой достопримечательности. Но любители авангарда стремятся рассмотреть каждую деталь необычного сооружения, включая искусственную паутину рукотворного сада около дома. Творение Данг Нга, дочки партийного лидера социалистического Вьетнама, получившей образование в Московском архитектурном институте, навевает мысли об архитектуре Гауди, получившее вдруг некий сюрреалистический оттенок. Комнаты, в которых есть спальное ложе, сервированный для чая столик, замысловатые шторы, вызывают смешанные ощущения у тех, кто задает себе вопрос «Кто может жить в этих комнатах?». Ответ одинаков.
В Сумасшедшем доме, получившем своё название за экстравагантную архитектуру, никто и никогда не жил. Это аттракцион для любителей необычного: женщина-архитектор дала волю фантазии. Она превратила комнаты в пещеры, бетонные столбы — в деревья. Гигантский жираф «проглотил» чайную комнату, а с потолка свесились сталактиты… Хотя традиции соблюдены: алтарь предков находится на видном месте в зале-гостиной для туристов.
Впечатление 4
О Большом Будде и рыбаках. Статуя Большого Будды находится на территории буддийской пагоды Лонг Шон в Нячанге. Восседающий на большом цветке лотоса Будда невозмутим, он вписан в рисунок облаков январского неба или выделяется чётким силуэтом в синеве лета. Замечательный вид на залив рыбацкими лодками открывается во всей широте. Когда-то пагода называлась «Дан Лонг Ту» , в переводе «Медленно Летящий Дракон». Пагода была построена в 1886 году монахом Нго Чи. Вокруг постамента статуи — изображения буддийских монахов, совершивших обряд самосожжения в знак протеста режиму Нго Динь Зьема. Это самая известная пагода в провинции Кхань Хоа, столицей которой является город Нячанг.
Кажется странным протест тех, кто исповедовал религию, в основе которой — вера в кармический порядок вещей. В этой ситуации логичным следованием этому порядку кажется поведение женщины, ждущей рыбака. Вьетнам наполнен образами — будь то сувенир, инкрустированный ракушкой, или дорогая картина, вышитая шёлком на обладающей мировой известностью фабрике шёлковых картин, — женщин в национальном остроконечном головном уборе. Они ждут своих мужей, ушедших в море, дающее им заработок. Море оказывается иногда не ласковым, и не возвращает мужей. Драматическое ожидание превращается в национальную историю — воплощённую в декоративно-прикладном искусстве, фотографии, национальной кухне и прочих вещах. Рыбацкую деревню можно увидеть изнутри, приехав на пляжи Нячанга. Пальмовая крыша уходит в самую волну, под ней – незамысловатый ресторанчик с длинными рядами пластиковых стульев, плещущийся в садке рыбный ассортимент, неизменный гамак, в котором в жаркий час отдыхает персонал.
Впечатление 5
Халонг. В путеводителе вы прочтёте: учёными доказано, что Халонг — одна из колыбелей человечества в этой местности. Несколько тысяч лет назад здесь жили люди. Сегодня это Мекка для туристов. От набережной ежедневно отправляется несколько сотен судов всех размеров и мастей. И каждый открывает для себя удивительный залив, в котором невозможна большая скорость, потому что две тысячи островов делают маршрут слишком сложным и очень красивым для любого мореплавателя. Здесь ловят рыбу в морской деревне, размещенной прямо на поверхности моря. Незамысловатые жилища и даже детский сад — здесь же, на понтонной поверхности. Здесь выращивают красивейший жемчуг, здесь принимают туристов всей планеты… На скалистой поверхности одного из островов табличка — «Наследие ЮНЕСКО». Впрочем, описать Халонг словами невозможно. Любой путеводитель — это лишь стрелка, указующая путь.
P.S. О жёлтых хризантемах и мандариновых деревьях, которыми наполняется Вьетнам в канун восточного нового года, о самом длинном мозаичном панно, украсившем Ханой в честь 1000-летия и вошедшем в книгу рекордов Гиннеса, над которым работали художники столицы, о крокодилах и слонах не сказано. Лучше один раз увидеть…
Ольга Зотова
10 декабря в залах Приморского Союза художников открылась коллективная выставка графики, в которой около 40 Владивостокских художников представили более 100 работ. Благодаря поддержке галереи www.artvladivostok.ru выставка, изменив офф-лайн формат, продолжает собирать зрителей (теперь уже не в залах Дома художника на ул. Алеутской, 14 а, а у экранов ПК), соответственно, вызывает отклики и мнения и даёт повод поговорить о некоторых тенденциях.
В тексте, сопровождающем первую часть графических листов на странице галереи, уже говорилось кратко о техниках, которыми владеют Владивостокские художники (рисунок карандашом, тушью, сангиной; акварель, пастель, гуашь; печатная графика — литография, линогравюра, офорт, ксилография; работы в смешанной технике и технике граттажа), и истории развития этой области искусства в Приморском крае.
Попытаемся рассмотреть подробнее некоторые тенденции. Для начала хочется сказать о том, что подобная коллективная, довольно многочисленная для творческой организации, насчитывающей около 120 членов, выставка графики — явление редкое. При том, что персональные выставки графических работ в галереях Владивостока, Артема, Находки (только 2010-й год подарил зрителям графику Д. Кудрявцева, В. Ненаживина, художников группы «Владивосток», А. Заугольнова, В. Олейникова, Е. и О. Осиповых, Е. Кравцовой), как и участие в российских и зарубежных графических биеннале и фестивалях приморских художников, время от времени, происходят. И казалось бы, волноваться по поводу жизнеспособности этой области искусства во Владивостоке не следует. Однако, в общих коллективных выставках раздел графики, многочисленный и разнообразный в советские годы, катастрофически мал.
С одной стороны, изначально графика считалась делом прикладным, подготовительным, уступающим место живописи, в том числе и на выставках и художественных показах. Ещё великий Да Винчи в своё время среди всех искусств, да что там, среди всех человеческих дел, поставил живопись на первое место, назвав живописца «Властелином всякого рода людей и всех вещей». И сегодня кураторы выставок и галеристы к графике относятся, мягко говоря, спокойно.
С другой стороны графические искусство по разнообразию техник (и в оригинальной, и в печатной графике) даёт практически неограниченные возможности художнику для выражения творческого замысла. Ёмкость образа в лаконичных, сделанных единым движением рисунках подчас оказывается большей, нежели живописно созданная пространственная иллюзия мира. Не случайно, не смотря на неласковое отношение нынешней публики к графическому искусству, у него есть беззаветно преданные служители, художники, не отказывающиеся от строгих линий и листа бумаги.
Приморское графическое искусство сформировалось в 1960-е. Хотя, если быть точным, то знаменитое объединение футуристов «Зеленая кошка» (сформировалось в г. Хабаровск в 1920-е), художники которой Ж. Плассе, П. Любарский, В. Пальмов работали и во Владивостоке, ввели молодое приморское искусство в общий контекст отечественного авангарда. Тетрадь офортов «Зеленой кошки» — редкий по изысканности и стилистическому звучанию графический материал.
1960-е же становятся точкой отсчета разнообразия техник: эстамп, линогравюра, офорт, акварель, ксилография появляются на краевых и зональных выставках. Темы этого периода — приморский пейзаж, рыбацкая тема, виды города, история страны. Они отчётливо звучат в нынешней выставке, давая примеры классической школы и мастерства К. Шебеко, Т. Кушнарёва, И. Кузнецова, В. Чеботарёва, В. Олейникова.
О Заслуженном работнике культуры РФ В. Чеботарёве следует сказать отдельные слова. Его искусство называют крупным художественным явлением в истории изобразительного искусства Приморья и всей России. На выставке представлены камерные по размеру пейзажные акварели, по которым судить о богатом и многогранном наследии мастера невозможно. Но именно с Чеботарёвым связана вся приморская графика (в том числе книжная иллюстрация). Выпускник графического факультета Ленинградского института живописи скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина приехал во Владивосток в 1960-м году и сразу же начал преподавать в Владивостокском художественном училище и участвовать в выставках самых серьёзных уровней — в Москве и за рубежом как единственный в то время график от Приморского края. С его именем связан подъём графики на высокий профессиональный уровень, без В. Чеботарева в училище не было бы графической мастерской: всем техникам, в которых художник работал сам, он учил студентов, делясь своими опытом и знаниями. В течение довольно короткого периода, от 1960-х до начала 1980-х, буквально за десятилетие формируются разнообразные направления графического искусства: оригинальная графика (акварель, пастель, рисунок любым материалом), виды печатной графики, книжная иллюстрация, плакат, сатирическая графика (шаржи, карикатура).
В 1990-х проявляется тяготение художников к поиску формы, цветовых сочетаний, дающих серии работ, близких к абстракции. Происходит отказ от печатной графики в пользу оригинальных работ. Техники, в которых работают Е. Макеев, В. Шапранов, И. Зинатулин, Л. Зинатулина, Е. Никитина, близки к живописи: гуашь, смешанная техника с использованием акрила. Тяготение к масштабным сериям отражает экспериментальный подход. К слову, в этих экспериментах утверждаются как графические техники те, что традиционно считаются живописными: гуашь, масло, смешанная техника начинают использоваться все более активно. И скепсис сформированных в классических традициях мастеров не разделяют даже устроители биеннале графики, принимающие работы маслом на бумаге к участию в конкурсе. Кроме того, в художественных акциях начинают принимать участие молодые художники, чьё видение формируется под влиянием современной визуальной культуры и новых технологических возможностей времени.
Налицо явное противоречие: графики становится меньше, но именно этот вид искусства даёт побудительный мотив организаторам престижной сегодня Международной биеннале графики (Санкт-Петербург), которая проводится с 2002 года Фондом «Современная графика» при поддержке Комитета по культуре Правительства Санкт-Петербурга и при участии Международного фонда поддержки культуры «Мастер-Класс». Её задача -показать полную картину происходящего в современной графике, показать тенденции развития различных школ и направлений. Биеннале в Санкт-Петербурге, вдохновителем и главным организатором которой является наш земляк художник с мировым именем Олег Яхнин, вызывает огромный интерес со стороны общественности и профессиональных деятелей.
Не меньшую активность проявили и дальневосточники, выступив в 2007 году инициаторами биеннале графики «Серебряная волна» (г. Комсомольске-на-Амуре). И снова огромный интерес со стороны участников, зрителей, музейщиков. К слову, разделы конкурсов — оригинальная графика, традиционная печатная графика и новые печатные технологии — дали возможность художникам продемонстрировать самые смелые эксперименты.
В этой ситуации выставка «Графика Владивостока» — кураторский отклик на ситуацию, позволяющий исследовать предмет в историческом развитии (хронологический диапазон выставки довольно широк: представленные работы датированы от 1970-х до 2010-го) и удержаться от грустных выводов, поскольку в выставке участвовали интересными работами совсем молодые художники (К. Лукьянчук, иллюстрации к книге «Алиса в стране чудес», В. Косенко, акварель). Кроме того (хочется надеяться) выставка будет началом целой серии графических проектов, которые обещает поддержать нынешнее руководство Приморской организации СХР.
Куратор выставки — О. И. Зотова, кандидат искусствоведения,
доцент кафедры издательского дела и полиграфии
Института массовых коммуникаций ДВФУ
В выставке графики в залах Приморского союза художников в декабре 2010 года участвовало более 30 художников. Представлено около 100 графических листов, выполненных в разных техниках. Рисунок карандашом, тушью, сангиной, акварель, пастель, гуашь; печатная графика — литография, линогравюра, офорт, ксилография; работы в смешанной технике и технике граттажа — разнообразие представленного материала вызывает уважение и к цеху художников, и к самому виду изобразительного искусства, дающего столь широкие возможности выражения творческого замысла.
Магическое пространство, в котором особым образом складываются отношения изображаемого предмета и плоскости, мастер графики В.А. Фаворский назвал «воздухом белого листа». В этом воздухе рождается искусство, в основе которого лежит линия, сочетания чёрного и белого, способность к штудированию натуры, передаче с помощью беглого наброска сути изображаемого. Оно изначально давало художникам практически неограниченную свободу творчества.
Как самостоятельная область искусства приморская графика сформировалась в 1960-е. Эстамп, линогравюра, офорт, акварель, ксилография появляются на краевых и зональных выставках. Темы этого периода — приморский пейзаж, рыбацкая тема, виды города, история страны. Они отчётливо звучат в нынешней выставке, давая примеры классической школы и мастерства К. Шебеко, Т. Кушнарёва, И. Кузнецова, В Чеботарёва, В. Олейникова.
В 1990-х проявляется тяготение художников к поиску формы, цветовых сочетаний, дающих серии работ, близких к абстракции. Техники, в которых работают Е. Макеев, В. Шапранов, И. Зинатулин, Л. Зинатулина, Е. Никитина, близки к живописи: гуашь, смешанная техника с использованием акрила. Тяготение к масштабным сериям отражает экспериментальный подход.
В последние годы появляется графика, в которой отражается специфика современной визуальной культуры и технологические возможности времени.
Хронологический диапазон выставки довольно широк: представленные работы датированы от 1970-х до 2010-го. Это позволяет увидеть некий срез искусства, сравниваемого исследователями с поэзией.
Куратор выставки — О. И. Зотова, кандидат искусствоведения,
доцент кафедры издательского дела и полиграфии
Института массовых коммуникаций ДВФУ
