Музей имени В.К. Арсеньева
г. Владивосток, ул. Светланская, 20
23 января в 17:00 в Приморском музее имени Арсеньева состоится открытие персональной выставки «Амазония Валентины». На суд зрителя будет представлено 68 работ Валентины Ивановны Арзамазовой из фондов Музея. Воспитанница Народной изостудии при Дворце культуры железнодорожников города Владивостока, ученица легендарного Виктора Шлихта, а впоследствии — замечательных педагогов Сергея Симакова и Виктора Серова, Валентина Арзамазова давно стала одной из лучших среди приморских художников. Редчайшая природная одарённость в сочетании с поразительным трудолюбием сформировали уникального самобытного мастера. Её судьба — наглядный пример известного тезиса: «Художник — это не профессия, а призвание».
Сто лет назад российские художники вписали в Историю мировой культуры блестящую главу, получившую название «Русский авангард». Среди них были женщины, которых футурист Бенедикт Лифшиц в книге «Полутороглазый стрелец» назвал «амазонками», «скифскими всадницами». В 1999 — 2001 гг. на площадках ведущих музеев Берлина, Лондона, Венеции, Бильбао (Испания), Нью-Йорка и Москвы с огромным успехом прошла выставка «Амазонки авангарда», на которой было представлено творчество Натальи Гончаровой, Ольги Розановой, Варвары Степановой, Александры Экстер, Любови Поповой и Надежды Удальцовой.
Валентина Арзамазова — достойная продолжательница традиций «русских амазонок». Ей посчастливилось в полной мере раскрыть исключительный природный потенциал, отстроить творческую территорию, свою персональную Амазонию. Работы Арзамазовой — её способ общения с Абсолютом, её личная молитва. И хотя сюжетно произведения привязаны к конкретным событиям и ситуациям, то есть имеют натурную основу, по сути своей они вневременны, внесоциальны. А это и есть высшая проба в искусстве.
Приморский государственный объединенный музей имени В.К. Арсеньева
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 20
Телефон: +7 (423) 241-3896, 241-4089
URL: www.arseniev.org
Приглашаем на презентацию книги стихов «Литературный нерест» (литобъединения «РЫБА» г. Владивосток и литобъединения «ЖУКИ» г. Харьков). Появление книги, это первый этап совместного проекта «Одна жизнь — четыре страны» в котором участвуют литераторы, художники России и Украины.
Проект посвящён Давиду Бурлюку — поэту, художнику, отцу русского футуризма.
На данном этапе презентация издания «Литературный нерест», совместив в себе элементы традиционной экспозиции и хепенинга уже содержит «зерна» следующего этапа, предполагающего автопробег из Владивостока до Харькова с остановками в разных городах, где будут проводиться литературные встречи и художественные выставки. Таким образом, вынужденное путешествие Д. Бурлюка с Запада на Восток станет вектором движения, развернутого в противоположном направлении. Возможно, метафизика этого жеста изменит «бегство от чего-то» к «движению к чему-то», отчасти вернув утерянное за прошедшее столетие.
Являясь не реконструкцией, а зеркальным отражением факта, случившегося почти сто лет назад, допускающий вольную трактовку, наш проект никоим образом не стремится к аутентичности. Проект ставит своей целью напоминание о великой культуре русского авангарда начала ХХ столетия с его последующим движением в современном искусстве, стремится охватить и представить те страны и места, в которых творил Д. Бурлюк — Украина, Россия, Япония, США, чему свидетельством нынешняя выставка «Похищение Европы».
При поддержке заинтересованных лиц и организаций, проект может стать долгосрочным культурным прецедентом в жизни Владивостока, привлекая деятелей культуры из других регионов страны и зарубежья.
Что же касается самой книги, то она является продолжением футуристических традиций, в которых слово и изображение подчас равноправны. Лишённая рамок клише, книга, в данном случае, сама становится объектом произведения искусства и литературный текст, переступив линию риска, превращается в средство визуального посыла, расширяя изначальную данность слова, наделяя его трёхмерностью. В данном издании нет ничего второстепенного. В нём всё подчинено целому. Это, собственно, и отличает книгу от стандартных изданий.
17:30-18:00: состоится пресс-конференция с организаторами и кураторами проекта;
18:00-20:00: выступление хореографического коллектива «Иштар», ведущего актёра театра Молодёжи Александра Стрелкова; стихи в исполнении авторов книги.
А так же выступление рок-групп Владивостока: ВИА «Шампиньоны», «Очарованные острова»,«Стёкла», «ПепелсбеЙ», «Задроты против», сольное выступление Стаса Шолохова.
В рамках презентации проекта c 31 мая по 15 июня представлена художественная выставка «Похищение Европы»
Организаторы проекта благодарят за оказанную помощь: Макарова Вениамина Юрьевича и Бунина Михаила Юрьевича, директора филиала ЗАО «ГУТа-страхование» в г.Владивостоке.
Кураторы проекта
Гончар Сергей, Городний Александр (Владивосток, РФ);
Терновой Дмитрий (Харьков, Украина)
ХМ УНМ ДВФУ Артэтаж — музей современного искусства
Адрес: 690950, г. Владивосток, ул. Аксаковская, 12
Телефон: +7 (423) 260-8902
График работы: понедельник — пятница с 10 до 18, суббота — воскресенье с 11 до 17, вход бесплатный
Сегодня можно с полным правом утверждать, что изобразительное искусство одно из самых заметных и ярких явлений в культурной жизни Владивостока и края. Сообщество художников, несмотря ни на какие социальные катаклизмы конца двадцатого и начала нового века, не утратило творческой энергии, способности и воли к развитию. Художники Приморья не только сохраняют драгоценные качества русской художественной традиции, но и всё интересней работают на поле современного искусства.
Галерея PORTMAY заявила о себе в начале 2005 года выставкой «Шествие с Востока», где были представлены работы семи художников старшего поколения, совершивших прорыв через кордоны официального, жёстко регламентированного и в идеологическом, и в эстетическом смысле искусства в пространство мировой художественной жизни. И вот уже идёт седьмой год творческой галерейной работы, которая сразу же была направлена на широкий охват современного искусства Дальнего Востока — от традиционного реализма в его советском варианте до модернизма, коллажа, поп-арта, чистой абстракции и фотографии. Критерий отбора авторов и произведений за всё время работы галереи был один — творческая индивидуальность художников, своеобразие их живописной или графической манеры, уровень профессионального мастерства.
И сегодняшний летний вернисаж «И творчество, и чудотворство», собранный в основном из работ галерейного фонда, думается, можно назвать пусть и небольшой, но антологией приморского искусства, где собраны не только отдельные произведения крупных художников, но и представлены художественные направления конца прошлого века и начала нынешнего. Пожалуй, замечательным приглашением этой выставки, открытой дверью в его пространство может служить радостная, полная воздуха и света картина Владимира Погребняка «Свежий ветер», где очарованные дети летят на велосипедах в розовом сиянии детства. Летний вернисаж — это увлекательное путешествие для новых зрителей, приятная встреча для давних знатоков и ценителей и богатый выбор для коллекционеров и собирателей дальневосточного искусства.
И в первую очередь нужно сказать о легендарной Шикотанской группе, которой в своё время была посвящена выставка «Острова». Во второй половине 20 века шикотанцы прямом смысле открыли для всей страны и Дальний Восток, и его молодое искусство. Тихоокеанские берега, таёжные сопки, океан, сверкавшие в работах шикотанцев свободным цветом, манили духом живой романтики, новыми географическими и творческими горизонтами. В экспозиции вернисажа представлены работы основателей Шикотанского движения, — Владимира Рачёва, Юрия Волкова и Евгения Коржа. Сегодня их лучшие картины, в основном уже рассеянные по российским и зарубежным музеям, галереям и собраниям, приобретают статус классики, а представленные работы, — одни из последних раритетов, ждущие просвещённого и внимательного взгляда коллекционеров.
Творчество шикотанцев стало свежей приморской ветвью на дереве реалистического дальневосточного искусства, но традиция живет в живописи и других художников, чьи работы можно увидеть на выставке. Причём каждый из них, будь это уссурийский художник Юрий Галютин, с его мастерским летним пейзажем «Андреевка», или Анна Щёголева, выразительно передающая сам морской дух острова Попова, — всё это авторы, обладающие собственным творческим лицом. И уж тем более это относиться к таким живописцам, как Ким Коваль, виртуозно владевший живым, насыщенным мазком, каким вылеплены, например, его работы «Весна», «Перед грозой» и «Цветы на жёлтом», или Иван Ионченков, всякий раз находивший свою манеру письма для пейзажей Дальнего Востока, Средней Азии или древних соборов Золотого кольца России.
Летнее, августовское настроение вернисажа хорошо передают цветы и натюрморты Александра Бондаря, написанные воздушной, трепетной кистью прирождённого живописца. В них словно сконцентрировалась вся роскошь красок позднего лета. И, конечно, особого внимания заслуживают блистательные полотна одного из патриархов приморского искусства Вениамина Гончаренко. Здесь и его городские пейзажи с бухтой Золотой Рог, и сверкающие каждым драгоценным мазком натюрморты. Работы этих художников всегда узнаваемы и впечатляющи по своим живописным качествам. И в любой экспозиции, в любом интерьере они будут сохранять непреходящую культурную ценность, художественную оригинальность и красоту.
Глубоким погружением в историю модерна и авангарда предстают произведения Геннадия Омельченко, всегда неожиданные, изобретательные в плане композиции и цветового решения, и работы Рюрика Тушкина, остроумного фантазёра и мудрого волшебника.
Но большую часть выставки составили произведения, которые, пожалуй, будет уместно обозначить как современное искусство, поскольку по своим художественным приметам они всегда шире реализма и какого-либо другого узкого искусствоведческого определения. И в этом их особое эстетическое своеобразие. Полотна Владимира Ганина «Долгое путешествие» и «После концерта» могут служить образцами творчества этого художника. Его живопись — это выразительно сконструированный и по смысловому содержанию, и по колориту коллаж с элементами поп-арта, своего рода дневник путешествий художника по разным странам и культурам.
А вот картины Владимира Старовойтова, Евгения Макеева, Екатерины Архиповой, Лидии Козьминой, Евгения Ткаченко, Ирины Ненаживиной, Валентины Арзамазовой, того же Владимира Погребняка в силу своего необычного содержания, фантастичности персонажей и предметов, насыщенности мифическими и культурными ассоциациями и мотивами, наконец, художественными открытиями прошлого века, — это игра воображения и постмодернистских стилей. В их работах можно увидеть и классические темы эпохи Возрождения, и палитру великих постимпрессионистов, и поэзию сюрреализма, и даже преображённый народный лубок. И все это действительный облик современного дальневосточного искусства.
И в этом смысле работы авторов из других городов удачно ложатся в контекст выставки. «Продавец рыбок» художника из Хабаровска Геннадия Арапова оставляет нежное чувство не только своим сюжетом, запечатлевшим мальчика, торгующего аквариумными рыбками, но и прозрачным, светящимся колоритом. Константин Кузьминых из Магадана — один из самых известных дальневосточных художников, и его картины «Светлый день», «В мастерской» представляют нам автора, владеющего редким живописным мастерством, который способен только на тонах и полутонах белого или сиреневого создать цельное, изысканное полотно. А эмблемой, знаком вернисажа «И творчество, и чудотворство» вполне может служить графический лист знаменитого московского художника Сергея Семёнова из его книги «Краткий курс изобразительного искусства для любителей этого самого. Самоучитель». В его удивительном по мастерству рисунке пирующего древнегреческого бога Вакха воедино слились традиция и современность.
Произведения более двадцати участников летнего вернисажа убедительно свидетельствуют не только о том, что русская художественная традиция на Дальнем Востоке имеет достойных продолжателей, полна творческих сил и возможностей, но и том, что приморское искусство изменяется вместе со временем, обогащаясь и западным мировым опытом, и наследием восточной культуры. Современные художники расширяют границы зрительского восприятия, ломают закосневшие эстетические стереотипы, являют нам всё ошеломительное разнообразие окружающего нас мира, открывают пространство души современного человека. И, пожалуй, наиболее глубоко суть этой выставки выражает строчка Бориса Пастернака из его стихотворения «Август», ставшая названием вернисажа: «Прощай, размах крыла расправленный, / Полёта вольное упорство, / И образ мира, в слове явленный, / И творчество, и чудотворство».
Александр Лобычев
Арт-директор галереи «PORTMAY»
Галерея «PORTMAY»
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Алеутская, 23А
Телефон: +7 (423) 230-2493, 230-2494
URL: www.portmay.ru
График работы: без выходных с 10 до 19, вход бесплатный
И все утро яркие и чистые
Буду видеть краски в вышине,
И до полдня будут серебристые
Хризантемы на моем окне. Иван Бунин
Дары, что принесли волхвы, пришедшие вслед за Вифлеемской звездой поклониться младенцу, навсегда остались чудесным символом Рождества. А сам этот библейский сюжет подношения даров стал одним из наиболее любимых и значимых в мировом искусстве, начиная с византийских икон, фресок Джотто и вплоть до наших дней. Есть в неожиданном появлении восточных волхвов у яслей с младенцем, в их таинственных дарах, что-то необъяснимо притягательное, какое-то предчувствие счастливого открытия и обретения. Наверное, каждый из нас переживал этот праздник ожидания праздника, уж в детстве-то наверняка. Собственно, и рождественские подарки под новогодней елкой, которых дети ждут с замиранием сердца, с восторгом, которого в зрелые годы, увы, мы уже лишены, и есть дары волхвов, продолжение чуда.
Впрочем, и для нас, погруженных в прозу современной жизни, дверь, ведущая к радостям Рождества, вовсе не закрыта. У праздника много дорог, и одна из них ведет в галерею PORTMAY, где вот уже в четвертый раз проходит Рождественский вернисаж. И если волхвы Балтазар, Гаспар и Мельхиор принесли в дар золото, ладан и смирну, то приморские художники приготовили к празднику новые живописные и графические работы. Ведь эта выставка и есть ёлка с дарами, которую они устроили для всех любителей искусства. И Белый ангел Рюрика Тушкина из его одноименной картины, пожалуй, может послужить добрым проводником на вернисаже, нужно только довериться ему.
Дело в том, что в экспозиции тоже таится немало чудесного, загадочного, а подчас и просто незнакомого, но вместе с тем волнующего и радостного. Не для того ли и существуют праздничные маскарады и карнавалы, чтобы на какое-то время преобразить окружающий привычный мир, сорвать с него покров обыденности, чтобы вдруг обнаружить под ним невиданные ранее цвета и пространства, иные небеса и другие пейзажи… Как, например, это происходит в большом сверкающем полотне Ильи Бутусова «В поисках изумрудов». Надо сказать, что творчество этого автора вообще сродни ювелирному делу: в своих абстрактных работах он замораживает предметные формы до голубого звона, а затем разбивает их вдребезги, чтобы из осколков создать новую мозаику, словно претворяя в живопись стихотворение Ивана Бунина, посвященное перстню:
Рубины мрачные цвели, чернели в нем,
Внутри пурпурно-кровяные,
Алмазы вспыхивали розовым огнем,
Дробясь, как слезы ледяные.
Бесценными играл заветный перстень мой,
Но затаенными лучами:
Так светит и горит сокрытый полутьмой
Старинный образ в царском храме.
Но сразу же надо сказать, что, как и в прежние годы, Рождественский вернисаж состоит из двух частей: первая представляет произведения, которые можно назвать реалистическими, а вторая — это работы авторов, чье творчество связано с самыми различными направлениями современного искусства — от магического реализма до чистой абстракции.
И, пожалуй, Николая Большакова можно с полным правом определить как верного наследника живописных традиций. Его картина «Тихий вечер», наполненная светом осеннего заката, элегической грустью родного пейзажа, рождает светлое воспоминание об отечественном искусстве даже не прошлого, а девятнадцатого века. А большое полотно Сергея Герасимова «Русское поле», выполненное с мастерством истинного реалиста, хотя и с фантазией в организации сюжета и построении композиции, претворяет эту нашу русскую ностальгию в глубокий философский образ — прямо в мастерской начинается необозримое поле под высокими небесами, у кромки которого стоит мольберт с белым загрунтованным холстом, ждущим первого прикосновения кисти. И вполне возможно, что на этом холсте как раз и был написан зимний пейзаж Маши Холмогоровой «Январь», проникнутый сиянием белого снега, свистом поземки и шорохом высокой сухой травы. Серебряным воздухом зимы дышат и графические листы Владимира Олейникова, который тонко использует нетронутый фон бумаги и прозрачные свойства акварели, чтобы создать кристальный свет зимних приморских дней.
Поразительно красив белый цвет в работе Вениамина Гончаренко «Натюрморт с чайником». Но здесь он насыщен оттенками голубого, розового, сиреневого, что выгодно подчеркивают бутоны роз, узорная скатерть и сам расписной, украшенный сочными цветами чайник. Вообще, представленные на выставке картины этого мастера, — это словно метафора самого праздника Рождества, живопись, рождающая радость сама по себе. Эту роскошь глубокого цвета несут в себе и гауши Валентины Арзамазовой. Охристый собор осеннего леса, оранжевая копна сена на опушке, деревенский двор, на который пролилась густая синева приморского октября, — все эти простые сюжеты претворены автором в живопись, которая не копирует природу, не отображает ее и не подражает ей, она самодостаточна. Скорее, эти работы перекликаются с бунинскими классическими строчками из его стихотворения «Листопад»:
Лес, точно терем расписной,
Лиловый, золотой, багряный,
Веселой, пестрою стеной
Стоит над светлою поляной.
Березы желтою резьбой
Блестят в лазури голубой…
Таким же наплывом света и цвета с преобладанием густого зеленого и плотного желтого переливается и работа Ольги Шапрановой «Осень».
Надо отметить, что ностальгические мотивы, очень личные, прочувствованные, проявились на вернисаже, словно вызванные к жизни самим праздником Рождества, который освещает детство каждого, а потом хранится в памяти как, может быть, самое дорогое сокровище. И картина Анны Щеголевой «Автопортрет из детства», написанная мягко, пластично, на мой взгляд, самая обаятельная рождественская сказка этой выставки. В облике неловкой застенчивой деревенской девочки с букетиком в руке, в ее подружке — козе с сиреневыми ушками, глазами и губами, что стоит вровень с героиней, доверчиво обернувшись к ней, мерцает и согревает что-то кровное сердцу любого из нас, потому что все мы родом из детства. И все мы родом из России, которая, такое ощущение, спряталась или растворилась в лиловой врубелевской перспективе этой замечательной картины.
Было бы удивительно, а точнее, скучновато, если бы на Рождественском вернисаже обошлось без маскарада и озорства, как в смысле сюжетов, так и в плане их художественного воплощения. В таком случае праздник явно бы не удался, но экспериментаторов, сюрреалистов и шутников в приморском искусстве сегодня хватает, выписывать нет нужды. Веселый рисовальщик и блестящий живописец Владимир Погребняк, как всегда, превращает самые заурядные, казалось бы, эпизоды жизни в гротескные, анекдотичные, карнавальные по своей художественной сути картины. Это может быть ошалевший от клева красный рыбак на черном льду, а может быть и встреча каких-то невообразимых обнявшихся персонажей, не исключено, что любовников. В работах этого художника все возможно. (Такую творческую свободу и кураж порождает напиток под названием «Ёрш» или «Коктейль Есенина», то есть смесь пива и водки.)
Все возможно, впрочем, и в графике Александра Киряхно, работа которого «Желание» способна при первом взгляде едва ли не шокировать вольным эротическим мотивом, а затем властно приковать внимание смелостью и молниеностностью рисунка. Столь же мощной экспрессией линии и цвета отличается живописное полотно Евгения Макеева из серии «Клаустрофобия», где сплетенные тела на фактурном серо-голубом фоне буквально излучают эротическую энергию. Живописный темперамент хорошо ощутим и в работе Владимира Старовойтова из серии, посвященной оркестрантам. Его играющий на фаготе музыкант написан словно и не кистью, а ритмическими цветными волнами. Ну а коль случился весь этот джаз, то в нем органично выступает и такой изобретательный и точный в каждой линии рисовальщик как Валерий Ненаживин, впервые представивший на Рождественском вернисаже свои живописные произведения из серии «Сцена». (На столь вдохновенные импровизации, как показывает опыт, способна подвигнуть небольшая фляжка не очень-то качественного, но вполне безумного коньяка «Кёнигсберг» или «Старый город», которую необходимо сопроводить несколькими дольками лимона.)
Целое рождественское окно, то есть именно оконную раму с расписанным стеклом принес на елку Андрей Обманец, художник, надо сказать, вообще склонный в своем творчестве к ироничной игре и выдумке. По сути, он представил сценки и пейзажи, которые можно увидеть из окон Владивостока, или, наоборот, в самих окнах, особенно рождественских. Вот, например, одна из них, представляющая собой веселую компанию из поддатого мужичка и его кота-собутыльника, что гуляют в картине Екатерины Кравцовой «Напополам». А можно, кстати, задрать голову к рождественскому небу и обнаружить там порвавшего цепи земного притяжения и взлетевшего к звездам персонажа из работы Всеволода Мечковского «Млечный путь». Да и как не взлететь, если млечный путь оставляет головокружительная и необъятная грудь небесной женщины. (Полетам в межзвездном пространстве хорошо способствует ледяная водка, если ее пить прямо на улице под скрип снега и непременные кусочки розового толстого сала, причем без хлеба.)
Совсем в иное путешествие приглашает зрителя Юрий Аксенов, на сей раз оставивший свои разгульные лубочные забавы ради таинственных экзотических миров. Его картина «Страна орхидей» действительно оставляет гипнотическое ощущение ирреальности, словно заглянув в, казалось бы, обычный камин, ты в какой-то момент, например, в рождественскую ночь, можешь лицом к лицу столкнуться с фантастическим лесом орхидей и встретиться глазами с затаившейся в зарослях черной пантерой. (Эти сверкающие как антрацит мистические звери нередко приходят в ярких снах после употребления «Северного сияния», то есть смеси шампанского и водки.)
Где-то в пространстве рождественских снов возникла и картина Олега Подскочина со столь характерной для его магического реализма живописной метафорой, когда на одном холсте сочетаются неожиданные предметы, персонажи, явления, причем из разных культур и эпох. В этой работе средневековые рыцари возвышаются над памятными многим владивостокцам заснеженными земляными слонами, которые в летнее время прорастали посаженными на них цветами, лютиками такими. В девяностых годах эти сюрреалистические существа, изготовленные китайцами, стояли в районе сегодняшней Семеновской площади, а затем ближе к набережной. Теперь слонов нет, но они время от времени появляются в работах этого автора, написанных рассыпчатым мягким мазком в сумрачных бело-коричневых тонах, которые оставляют чувство философской печали, тоски, как говорил Осип Мандельштам, по мировой культуре. (Обычно приступы подобной мировой скорби, weltschmerz, как говорили немецкие романтики, случаются после пары стаканов «кровавой Мэри», то есть смеси водки и томатного сока.)
Подбор абстрактных произведений на нынешнем Рождественском вернисаже как никогда обширен и весьма впечатляет разнообразием индивидуальных стилей. Работы Геннадия Омельченко, который все глубже погружается в глубины мирового опыта беспредметного искусства, чтобы найти в некотором роде формулы абсолютной живописи, отличаются чистотой и ясностью композиции, музыкальным звучанием всего строя произведения. Его изумрудная «Архитектоника живописи» и красно-желтая «Композиция № 8» одновременно и случайны и математически точны, как морозный узор на рождественском окне, сквозь который проникает идущий изнутри свет. В этом смысле абстракции Валерия Шапранова из его серии «Безграничное число» более стихийны, свободны, в них живет внезапная красота и энергия интуитивного движения чувства и кисти. И уж совсем алогичная поэзия, хаос живущей собственной, независимой жизнью линии, царят в картине Лили Зинатулиной, где мир рассыпается на цветные реснички, завитки, значки, намеки. (Такое ощущение невыносимой легкости бытия вполне может быть достигнуто с помощью нескольких бокалов хереса или мадеры марки «Массандра».)
Вечерние, с матовым приглушенным свечением абстрактные графические листы Федора Морозова из серии «Карнавал» столь же притягательны и загадочны, как кружение неизвестных масок на рождественском балу. Но настоящий провал в зазеркалье рождественского праздника можно испытать, остановившись перед большими полотнами Сергея Дробнохода «В поисках сна» и «Осеннее путешествие». Утонченная живопись автора увлекает и затягивает не только ритмом приливов и отливов цветовых пятен, игрой контуров и силуэтов, чувственными метаморфозами цвета, но и пространствами — океанскими и небесными, что вдруг приоткрываются в изменчивой композиции этих произведений:
Только бы видеть тебя, умирающий в золоте месяц,
Золотом блещущий снег, легкие тени берез
И самоцветы небес: янтарно-зеленый Юпитер,
Сириус, дерзкий сапфир, синим горящий огнем,
Альдебарана рубин, алмазную цепь Ориона
И уходящий в моря призрак сребристый — Арго.
(Иван Бунин)
(В цветные метафизические путешествия случается, хотя и не всегда, отправляет изрядная порция текилы. Впрочем, возможен и вариант: хорошо очищенный и настоянный на кедровых орешках шестидесятипятиградусный самогон.)
Почти тридцать художников участвуют в Рождественском вернисаже «В поисках изумрудов», где представлено порядка пятидесяти произведений. И в целом экспозиция создает довольно полную панораму сегодняшнего искусства Приморья, пожалуй, наиболее значительного, интересного и современного во всем регионе Дальнего Востока. И пусть этот рождественский праздник, созданный в уходящем году художниками, оставит в вашей памяти и жизни отблеск подлинной радости этого мира, который вновь и вновь рождается на листе бумаги или холсте.
Александр Лобычев
Арт-директор галереи «PORTMAY»
Галерея «PORTMAY». Адрес: Владивосток, ул. Алеутская, 23А.
Телефон: +7 (4232) 302-493, 302-494.
URL: www.portmay.ru
Галерея работает без выходных с 10 до 19. Вход бесплатный.
Может, завтра в предзакатном свете,
разглядев, почувствую и я,
что душа заполнена всем этим,
словно форма точного литья.> Геннадий Лысенко
Валентина Арзамазова
Холсты и гуаши Валентины Арзамазовой, что бы они собой не являли, — улочку приморской деревни, погруженную в золотую дрему бабьей осени, или заваленную фиолетовыми сугробами января, оправленную скалами летнюю бухточку, или подтаявшие берега таежного ручья, дом с зеленой крышей, или голубые от инея копны сена, — напоминают сбор живописного урожая, набравшего силу, цвет и красоту. На работах автора словно лежит благодать августовских народных православных праздников — Медового, Яблочного и Орехового Спасов, когда природа наполняет воздух спелым светом, а плоды влажным пламенем сока. В это время особенно хочется поставить на стол горсть полевых цветов, подержать в руке багровое скрипучее яблоко, приподнять упавший от тяжести ягод куст малины, погладить горячий бок копны или шершавую спину прибрежного камня. Подобное чувство сопричастности вызывает и живопись художницы: мир словно просится в руки — он доверяет тебе, а ты ему. С глубокой правдой и нежностью об этом сказал приморский поэт Геннадий Лысенко:
… Есть мир и я, и это неделимо.
Есть мир и я. Есть яблоки с вином
и женщины опущенные веки,
и осень притаилась за окном,
как лучшее в хорошем человеке.
Действительно, в начале нового века персональные выставки Валентины Арзамазовой следуют одна за другой, представляя художника, вошедшего в зрелую пору своего дарования. А путь к столь весомым творческим результатам был, надо сказать, долгим. Она пришла к творчеству просто из жизни, которая никак не была связана с искусством, и впервые серьезно занялась техникой рисования и живописи в 1988 году на дизайнерских курсах Виктора Шлихта, талантливого и чуткого наставника многих художников Приморья. Повезло, можно сказать, Валентине Ивановне и в дальнейшем, когда она обрела единомышленников в Народной художественной студии при ДК железнодорожников во Владивостоке, славной своими традициями. Здесь ее учителями стали сначала Сергей Симаков, а затем Виктор Серов, которые хорошо видели и понимали природный дар своей подопечной, помогая ей овладеть профессиональными навыками художественного ремесла.
Но уже в первых, еще сохранившихся на сегодняшний день работах явственно видны отличительные приметы ее очень личной живописной манеры, только развившейся и укрепившейся с годами. Это сильный экспрессивный мазок, который уверенно лепит не только форму кувшина, дома, дерева, облака, но даже воды и ветра, это пластичный текучий цвет, обретающий полноту звучания уже в самом движении кисти по холсту или бумаге, и отсюда — праздничная декоративность и поразительная вещественность, осязаемость ее пейзажей и натюрмортов. Как раз тот случай, кода рука так и тянется, чтобы прикоснуться к живописной поверхности картины. Пожалуй, можно даже сравнить ее работы с изделиями гончара, только вместо глины художница использует масло и гуашь.
Стремление Арзамазовой не подражать окружающему миру, а воссоздавать его на холсте будто впервые, используя структуру и направление мазка, форму и рельеф изображаемых предметов, ее тяга к насыщенному плотному цвету, подчас в контрастном соседстве, когда зеленый и красный вспыхивают, соприкасаясь друг с другом, выдают ее плодотворную любовь к искусству великих французов эпохи модернизма, среди которых Ван Гог и Гоген для автора, пожалуй, в особом почете. А вообще ее творческому темпераменту близка традиция русских художников начала прошлого века из группы «Бубновый валет» — Петра Кончаловского, Ильи Машкова, Роберта Фалька и других авторов, которые буйно смешали на своей палитре открытия Сезанна, фовизма, кубизма, московские трактирные вывески, расписные игрушки, народный лубок и создали многоцветную и радостную русскую живопись серебряного века. В искусстве такого рода жизнь природы, бытие каждого отдельного растения, предмета, явления предстают во всей своей самостоятельности и самоценности. Как это происходит и в работах Арзамазовой: вот синее дерево, вот крепкая октябрьская тыква, вот открытая дверь деревенского домика, вот лепестки трилистника, то есть клевера, растения привычного, памятного всем еще с детства, но таинственного, символизирующего единение тела, души и духа, наделенного в народных поверьях магической силой, — они реальней художника и зрителя, они герои картины, они в центре мира.
Выставка «Трилистник сентября» в галерее PORTMAY на сегодняшний день для автора самая представительная и обширная. В ней нет торопливости, натиска, рассчитанных эффектов, а есть неуклонное и естественное движение к расцвету, так расправляется день ото дня свернутый в трубочку весенний древесный лист. Уже в самой ранней работе на выставке «Красные облака» 1994 года, словно в почке, заложена вся взрывная мощь ее колорита — приморская осень полыхает на холсте, озаряя оранжевым, красным и желтым все видимое пространство. И что удивительно — такое неистовое буйство открытого цвета вызывает не напряжение, не тревогу, а упоение этим осенним огнем, что перекидывается и на другие картины автора.
Причем это раскаленное сияние цвета не меркнет даже в зимних холстах Арзамазовой, написанных совсем в ином колорите, — холодном, полном темно-лиловых и фиолетовых тонов. Так, например, лаконичный пейзаж с одинокой избушкой и деревом, что называется «В конце ноября», излучает сумрачное настроение заснеженного вечера, но и он сверкает, подобно ледяному узору на деревенском окне. Таким же ночным, рождественским морозным светом притягивают ее натюрморты «Зимний вечер» и «Натюрморт с подсвечником», причем свет в них настолько ощутим, что, кажется, его можно собрать с холста и слепить, как снежок, в большую рождественскую звезду. В этих работах мерцают тайна, волшебство.
И об этом свойстве произведений Валентины Арзамазовой нужно сказать особо, хотя и трудно это сделать, поскольку приходится касаться понятий, лежащих вне конкретной изобразительной сферы. В ее творчестве, как мне видится, в гармоническое взаимодействие вошли два художественных начала — профессиональное владение приемами композиции и живописной техники и ясный, по-детски открытый взгляд на мир, когда математически и философски неразрешимая тайна бесконечной вселенной равна тайне робкого весеннего одуванчика, что упрямо пробился сквозь снег в картине художницы «Подснежник». Говоря иными словами, в ее произведениях наряду с живописным мастерством обитает дух и эстетическое обаяние сказки, примитива, народного, или, как принято говорить среди специалистов, наивного искусства.
Кстати говоря, именно художники «Бубнового валета» и создали в свое время русский примитив как художественное явление. Качество в современном искусстве, нашпигованном мертвой концептуальностью и приемами технологий, драгоценное, поскольку его не достигнуть ни профессиональным умением, ни дорогими материалами и оборудованием, ни усилиями ума, здесь вступают в силу душа и поэтическая интуиция автора. А уж любая подделка под истинное искусство примитива сразу же обнаружит в себе фальшь — так нельзя намеренно сделать детский рисунок или сочинить гениальные детские вопросы, на которые у взрослых, как правило, нет ответов — ум мешает.
Помимо живописных полотен, на этой выставке впервые в творческой биографии автора целый зал посвящен графике, гуашам, в основном совсем свежим, написанным в этом году. И в них присущее Арзамазовой своеобразие ее манеры обернулось новой стороной, поскольку, в общем-то кроющая, плотная гуашь на этих листах вдруг приобрела изысканность и прозрачность, заструилась тончайшими оттенками белого, охристого, бирюзового и зеленого, сохраняя при этом бархатную фактуру поверхности, где каждое пятно свободно — живет и дышит.
Ее гуашевые пейзажи — это половодье цвета, сверкающего и пахнущего деревенской окраиной, лиловой метелью, луговым разнотравьем, палой листвой и рыбацкими сетями, которыми обносят прибрежные огороды. Глядя на ее весенние работы, еще раз с наслаждением вспомнишь строки уже упомянутого поэта:
… Апрель со снегом краски растирает,
разводит на березовом соку.
А листы из серии «Морской берег» — голубые и медленные, как исчезающие в дымке острова, при всей пленэрной конкретности места и точности деталей вызывают в памяти образы чего-то утраченного и полузабытого, детских каникул в раю, что ли.
Александр Лобычев
Арт-директор галереи «PORTMAY»
Галерея «PORTMAY». Адрес: Владивосток, ул. Алеутская, 23А.
Телефон: +7 (4232) 302-493, 302-494.
URL: www.portmay.ru
Галерея работает без выходных с 10 до 19. Вход бесплатный.
