В экспозиции будут представлены 49 живописных полотен вьетнамских художников, выполненных в технике масляной живописи, и работы 15 российских художников – участников творческого проекта, начавшегося весной 2012 года. В их числе Евгений Макеев, Мария Холмогорова, Лидия Козьмина, Олег Подскочин, Ольга и Иван Никитчики, Александр и Евгений Ткаченко, Евгений и Марины Пихтовниковы, Сергей Форостовский (Красноярск), Алла Гринченко, Владимир Серов, Владимир Листровой. Также в выставку вошли фотографии куратора О. Зотовой, сделанные во время пребывания во Вьетнаме.
За это время состоялись две творческих поездки во Вьетнам, которые были поддержаны Дальневосточным федеральным университетом, Дальневосточным филиалом фонда «Русский мир», Консульством Вьетнама во Владивостоке, Уссурийской организацией Союза художников России. В процессе были организованы совместные с вьетнамскими художниками выставки в культурном центре провинции Кхань Хоа, пленэры, российские художники посетили мастерские и галереи вьетнамцев, Колледж искусств г. Нячанга, открыв интересный пласт современного вьетнамского искусства.
Художников сформировало обучение в авторитетных художественных вузах Хьюэ, Ханоя, участие в художественных выставках в странах Европы и США. В результате было решено показать работы вьетнамских художников во Владивостоке, организовав в рамках российско-вьетнамского проекта третью по счету выставку на этот раз на Приморской земле. Вьетнамские гости в свою очередь посетят Дальневосточную академию искусств, Владивостокское художественное училище, музеи и галереи Владивостока.
Выставка организована при поддержке администрации Владивостока, Морского государственного университета им. Г. Невельского, Приморского общества дружбы с Вьетнамом.
Куратор выставки Ольга Зотова,
доцент кафедры журналистики и издательского дела ШГН ДВФУ
Приморская организация союза художников России
Адрес: г. Владивосток, ул. Алеутская, 14а
Выставочный зал:
г. Владивосток, Партизанский проспект, 12
30 апреля в 14:00 в Приморской государственной картинной галерее открывается выставка «Приморские художники: традиции и новаторство», которая стала третьей в этом цикле.
В экспозиции представлено два десятка произведений, отражающих становление и утверждение приморской школы изобразительного искусства. Шестидесятые годы прошлого века, время оттепели, новых социальных вызовов, обогащает тематику живописи, побуждает к поиску новых форм. В этот период работают такие мастера живописи, как В.А. Гончаренко, В.Н. Доронин, И.В. Рыбачук, М.И. Таболкин, А.В. Телешов и др. Молодое поколение художников, признавая их авторитет, стремится к освоению новых пластических приёмов, иных живописных систем, освоенных мировым искусством в ХХ веке. На выставке можно будет увидеть смелые для своего времени работы В.А. Фёдорова, А.А. Пыркова, Р.В. Тушкина. Экспозиция демонстрирует жанровое и стилистическое разнообразие творчества художников, работавших во второй половине ХХ века. Выставка интересна и тем, что многие произведения из художественного фонда галереи давно не экспонировались в родных стенах.
Приморская государственная картинная галерея
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Алеутская, 12
Телефон: +7 (423) 241-1144, 241-1195
URL: www.primgallery.com
График работы: понедельник — четверг с 9:00 до 18:00, пятница с 9:00 до 17:00
Адрес: 690106, г. Владивосток, Партизанский проспект, 12
Телефон: +7 (423) 242-7748
График работы: понедельник — четверг, суббота — воскресенье с 9:00 до 18:00, пятница с 9:00 до 17:00
Глава третья. Следствие (продолжение)
Общее было всё же то, что преимущество отдавалось средствам так сказать лёгким (мы сейчас их увидим), и это был путь безошибочный. Ведь истинные пределы человеческого равновесия очень узки, и совсем не нужна дыба или жаровня, чтобы среднего человека сделать невменяемым.
Попробуем перечесть некоторые простейшие приёмы, которые сламывают волю и личность арестанта, не оставляя следов на его теле.
Начнём с методов психических. Для кроликов, никогда не уготовлявших себя к тюремным страданиям, — это методы огромной и даже разрушительной силы. Да будь хоть ты и убеждён, так тоже не легко.
1. Начнём с самих ночей. Почему это ночью происходит всё главное обламывание душ? Почему это с ранних своих лет Органы выбрали ночь? Потому что ночью, вырванный изо сна (даже ещё не истязаемый бессонницей), арестант не может быть уравновешен и трезв по-дневному, он податливей.
2. Убеждение в искреннем тоне. Самое простое. Зачем игра в кошки-мышки? Посидев немного среди других подследственных, арестант же уже усвоил общее положение. И следователь говорит ему лениво-дружественно: «Видишь сам, срок ты получишь всё равно. Но если будешь сопротивляться, то здесь, в тюрьме, дойдёшь, потеряешь здоровье. А поедешь в лагерь — увидишь воздух, свет… Так что лучше подписывай сразу». Очень логично. И трезвы те, кто соглашаются и подписывают если… Если речь идёт только о них самих! Но — редко так. И борьба неизбежна.
Другой вариант убеждения — для партийца. «Если в стране недостатки и даже голод, то как большевик вы должны для себя решить: можете ли вы допустить, что в этом виновата вся партия? или советская власть?» — «Нет, конечно!» — спешит ответить директор льноцентра. — «Тогда имейте мужество и возьмите вину на себя!» И он берёт.
3. Грубая брань. Нехитрый приём, но на людей воспитанных, изнеженных, тонкого устройства, может действовать отлично. Мне известны два случая со священниками, когда они уступали простой брани. У одного из них (Бутырки, 1944) следствие вела женщина. Сперва он в камере он не мог нахвалиться, какая она вежливая. Но однажды пришёл удручённый и долго не соглашался повторить, как изощрённо она стала загибать, заложив колено за колено. (Жалею, что не могу привести здесь одну её фразочку.)
4. Удар психологическим контрастом. Внезапные переходы: целы допрос или часть его быть крайне любезным, называть по имени-отчеству, обещать все блага. Потом вдруг размахнуться пресс-папье: «У, гадина! Девять грамм в затылок!» — и, вытянув руки, как для того, чтобы вцепиться в волосы, будто ногти ещё иголками кончаются, надвигаться (против женщин приём этот очень хорошь).
В виде варианта: меняются два следователя, один рвёт и терзает, другой симпатичен, почти задушевен. Подследственный, входя в кабинет, каждый раз дрожит — какого увидит? По контрасту хочется второму всё подписать и признать, даже чего не было.
5. Унижение предварительное. В знаменитых подвалах ростовского ГПУ («тридцать третьего номера») под толстыми стёклами уличного тротуара (бывшее складское помещение) заключённых в ожидании допроса клали на несколько часов ничком в общем коридоре на пол с запретом поднимать голову, издавать звуки. Они лежали так, как молящиеся магометане, пока выводной не трогал их за плечо и не вёл на допрос. — Александра О-ва не давала на Лубянке нужных показаний. Её перевели в Лефортово. Там на приёме надзирательница велела ей раздеться, якобы для процедуры унесла одежду, а её в боксе заперла голой. Тут пришли надзиратели мужчины, стали заглядывать в глазок, смеяться и обсуждать её стати. — Опрося, наверно много ещё можно собрать примеров. А цель одна: создать подавленное состояние.
29 апреля в 16:00 в галерее «Арка» в рамках цикла мероприятий «Русь изначальная» при поддержке администрации города Владивостока состоится творческая встреча с известными художниками, искусствоведами и кураторами г. Владивостока на тему: «Диалог художника и зрителя. Роль культурных институций в развитии этого диалога». В рамках открытой беседы пройдет обсуждение таких вопросов, как: «Выставки приморских художников за рубежом. Взаимодействие куратора и художника на примере поездок в страны Юго-Восточной Азии», «Музеификация произведений искусства современных художников», «Представление художников на международных ярмарках. Взаимодействие галереи и художника: опыт галереи «Арка».
Вопросы, которые, на первый взгляд, касаются тех, кто думает о карьере в области искусства и культурной индустрии, несомненно, будут интересны всем, для кого небезразлична культурная жизнь города. Знания и опыт, накопленные докладчиками, охватывают все необходимые знания и навыки по управлению арт-проектами (от музейного дела до деятельности частной галереи), которые с каждым годом все больше влияют на формирование социального имиджа города и горожан.
Творческая встреча приоткроет принципы, по которым существует арт-индустрия, и позволит познакомиться с активными представителями местного арт-сообщества.
Галерея «Арка»
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 5
Телефон: +7 (423) 241-0526, факс: +7 (423) 232-0663
URL: www.arkagallery.ru, www.artnet.com/arka.html
График работы: вторник — суббота с 11 до 18, вход бесплатный
Глава третья. Следствие (продолжение)
Так, развиваясь по спирали, выводы передовой юриспруденции вернулись к доантичным или средневековым взглядам. Как средневековые заплечные мастера, наши следователи, прокуроры и судьи согласились видеть главное доказательство виновности в признании её подследственным [Сравни 5-е дополнение к конституции США: «никто не может быть обязан свидетельствовать против себя в уголовном процессе».].
Однако, простодушное Средневековье, чтобы вынудить желаемое признание, шло на драматические картинные средства: дыбу, колесо, жаровню, ерша, посадку на кол. В Двадцатом веке, использую и развитую медицину и немалый тюремный опыт (кто-нибудь пресерьёзно защитил на этом диссертации), признали такое сгущение сильных средств излишним, при массовом применении — громоздким. И кроме того…
И кроме того, очевидно, ещё было одно обстоятельство: как всегда, Сталин не выговаривал последнего слова, подчинённые должны были сами догадаться, а он оставлял себе шакалью лазейку отступить и написать «Головокружение от успехов». Планомерное истязание миллионов предпринималось всё-таки впервые в человеческой истории, и при всей силе своей власти Сталин не мог быть абсолютно уверен в успехе. На огромном материале опыт мог пройти иначе, чем на малом. Во всех случаях Сталин должен был остаться в ангельски-чистых ризах. (Но в циркулярах ЦК 37-го и 39-го годов указание о «физическом воздействии» было.)
Поэтому, надо думать, не существовало такого перечня пыток и издевательств, который в типографски отпечатанном виде вручался бы следователям. А просто требовалось, чтобы каждый следственный отдел в заданный срок поставлял трибуналу заданное число во всём сознавшихся кроликов. А просто говорилось (устно, но часто), что все меры и средства хороши, раз они направлены к высокой цели; что никто не спросит со следователя за смерть подследственного; что тюремный врач должен как можно меньше вмешиваться в ход следствия. Вероятно устраивали товарищеский обмен опытом, «учились у передовых»; ну, и объявлялась «материальная заинтересованность» — повышенная оплата за ночные часы, премиальные за сжатие сроков следствия; ну, и предупреждалось, что следователи, которые с заданием не справятся… А теперь если бы в каком-нибудь ОблНКВД произошёл бы провал, то и его начальник был бы чист перед Сталиным: он не давал прямых указаний пытать! И вместе с тем обеспечил пытки!
Понимая, что старший страхуется, часть рядовых следователей (не те, кто остервенело упиваются) тоже старались начинать с методов более слабых, а в наращивании избегать тех, которые оставлять слишком явные следы: выбитый глаз, оторванное ухо, перебитый позвоночник, да даже и сплошную синь тела.
Вот почему в 1937 году мы не наблюдаем — кроме бессонницы — сплошного единства приёмов в разных областных управлениях, у разных следователей одного управления. Есть молва, что отличались жестокостью пыток Ростов-на-Дону и Краснодар. В Краснодаре что придумали оригинальное: вынуждали подписывать пустые листы бумаги, а затем уже сами заполняли ложью. Впрочем, зачем пытки: вы 1937 там не было дезинфекции, тиф, трупы в людской тесноте лежали по 5 дней, кто в камерах сходил с ума, тех в коридоре добивали палками.
Приморский краевой драматический театр молодёжи
г. Владивосток, ул. Светланская, 15а
В Театре молодежи 29 апреля в 17 часов состоится презентация книг приморских авторов, членов Союза писателей России — Владимира Иванова и Владимира Вещунова.
У Владимира Иванова вышли в свет в издательстве «Дальиздат» книги «Арабески», «Как прекрасен этот мир», «Земные братья». Владимир Вещунов издал повесть «Человек одиннадцатого часа».
В презентации примут участие авторы, опубликовавшие свои книги в «Дальиздате» : Александр Ткачук — председатель Приморского отделения Союза писателей России, Александр Бондарь, Владимир Щербак, Олег Вороной, молодые авторы сборника «Ступени» — участники семинара молодых литераторов Владивостока и др.
Ведущая вечера — Прудкогляд Т.В.,
член Союза писателей России
primfil-december
Приморский краевой драматический театр молодёжи
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 15а
Телефон: +7 (423) 222-5216
URL: www.theatrepk.ru
Глава третья. Следствие (продолжение)
И ещё было бы неверно приписывать 37-му году то «открытие», что личное признание обвиняемого важнее всяких доказательств и фактов. Это уже в 20-х годах сложилось. А к 1937 лишь приспело блистательное учение Вышинского. Впрочем, оно было тогда низвещено только следователям и прокурорам для их моральной твёрдости, мы же, все прочие, узнали о нём ещё двадцатью годами позже — узнали, когда оно стало обругиваться в придаточных предложениях и второстепенных абзацах газетных статей как широко и давно всем известное. Оказывается, в тот грознопамятный год в своём докладе, ставшем в специальных кругах знаменитым, Андрей Януарьевич (так и хочется обмолвиться Ягуарьевич) Вышинский в духе гибчайшей диалектики (которой мы не разрешаем ни государственным подданным, ни теперь электронным машинам, ибо для них да есть да, а нет есть нет) напомнил, что для человечества никогда невозможно установить абсолютную истину, а лишь относительную. И отсюда он сделал шаг, на который юристы не решались две тысячи лет: что, стало быть, и истина, устанавливаемая следствием и судом, не может быть абсолютной, а лишь относительной. Поэтому, подписывая приговор о расстреле, мы всё равно никогда не можем быть уверены, что казним виновного, а лишь с некоторой степенью приближения в некоторых предположениях, в известном смысле. (Может быть, сам Вышинский не меньше своих слушателей нуждался тогда в этом диалектическом утешении. Крича с прокурорской трибуны «всех расстрелять как бешеных собак!», он то, злой и умный, понимал, что подсудимые не виновны. С тем большей страстью, вероятно, он и такой кит марксистской диалектики, как Бухарин, предавались диалектическим украшениям вокруг судебной лжи: Бухарину слишком глупо и беспомощно было погибать совсем невиновному — он даже нуждался найти свою вину! — а Вышинскому приятно было ощущать себя логистом, чем неприкрытым подлецом.)
Отсюда — самый деловой вывод: что напрасной тратой времени были бы поиски абсолютных улик (улики все относительны), несомненных свидетелей (они могут и разноречить). Доказательство же виновности относительны, приблизительны, следователь может найти и без улик и без свидетелей, не выходя из кабинета «опираясь не только на свой ум, но и на своё партийное чутьё, свои нравственные силы» (то есть на преимущества выспавшегося, сытого и не избиваемого человека) «и на свой характер» (то есть, волю к жестокости)!
Конечно, это оформление было куда изящнее, чем инструкция Лациса. Но суть та же.
И только в одном Вышинский не дотянул, отступил от диалектической логики: почему-то пулю он оставил абсолютной…
Новая выставка уссурийских художников Ивана и Ольги Никитчик в залах Приморской организации Союза художников России открывается в юбилейный для Ивана год: в январе в Рождественский день он праздновал круглую дату в кругу многочисленный друзей. И этим изменил сложившейся традиции — не устраивать громких празднеств. А вот выставку во Владивостоке, напротив, решил сделать по устоявшемуся в семье правилу — вместе с Ольгой Никитчик.
Плодотворный и многогранный, этот творческий союз длится не одно десятилетие. За годы, прошедшие после окончания Дальневосточного института искусств, сформировались интересы и любимые темы художников, сложился творческий почерк.
Не только учеба на одном курсе Дальневосточной академии искусств сблизила их. Счастливым образом совпали их взгляды на творчество, неугомонный нрав. Он побуждает Ольгу организовывать не только свои собственные выставки, но и большие международные художественные проекты, Ивана — легко перемещаться по Приморью: из родного Уссурийска, во Владивосток, на очередной вернисаж, или в Андреевку, на творческую дачу, место отдыха и вдохновения.
Однако, не смотря на духовное родство этой пары, каждый из художников самобытен и неповторим.
Стилистика работ раннего периода И. Никитчика не схожа с сегодняшними. Участник Шикотанской группы, Иван считал близкой общую стилистику творчества художников-шикотанцев. Суровая природа Камчатки, заснеженные горы, серое полотно взлетной полосы местного аэропорта выполнены графично практически в монохромной гамме. Одна из работ этого периода — «Камчатка» (1988) — была представлена на выставке в музее ДВФУ «Артэтаж», посвященной 50-летию Дальневосточной академии искусств, и явила художника, чья живопись сформировалась в соответствии с тенденциями регионального искусства 1980-х, но не стала застывшим явлением, а эволюционизировала в соответствии со временем.
Сегодня живопись Ивана — реалистический пейзаж, в котором находит отражение и континентальное Приморье, и побережье. Художник пишет Уссурийск и его окрестности, давно ставшие родными. Разные уголки города, дачные места под Уссурийском, стожки на поле, церковь — сюжеты складываются в лирическую картину, рождающую ощущение светлого дня, гармонии. Настроению соответствуют колористический строй и манера автора: отсутствие резких контрастов, импрессионистский мазок характеризуют видение художником этих мест.
Иван много работает на пленэре, хорошо знает натуру. Часть времени Иван Никитчик работает в Андреевке, где вместе с Ольгой Никитчик они несколько лет назад открыли галерею «Арт-берег». В морских пейзажах Ивана, свободных по композиции, сдержанных по цвету, есть нечто эпическое, навеянное океаном. Эти масштабность и ощущение моря, как стихии, а не пляжного местечка, сформированные в ранние годы, остались как глубинная основа творчества.
Живопись Ольги Никитчик — другая стихия. Декоративные полотна, экспрессивные по цвету, насыщенные образами, от которых исходит энергия жизни, неожиданно оказываются очень женскими, притягательными, с вдруг открывающейся беззащитностью. Выросшая в семье художника Кима Коваля, одного из основателей уссурийской живописной школы, Ольга пришла в искусство довольно рано, участвуя в серьезных выставках практически с институтской скамьи.
Ее ранние работы говорят о художнике серьезном, требовательном, в чем-то даже жестким к себе, поскольку неизбежно возникала ситуация сравнения с творчеством отца. «Рыбачка Шикотана», морские натюрморты, «Камчатский этюд», написанные в 1990-х говорят, говорят об Ольге Никитчик, как о художнике, рано состоявшемся и соответствующем духу времени.
Однако поиск себя, своей собственной манеры происходил уже тогда. В следующий период творчества зрителю открылся другой художник, который ищет себя в разных жанрах и сюжетах. Ей оказывается очень близкой женская тема. Героини Ольги вписаны в некий фантазийный контекст: это может быть сказочный зимний лес, морской берег, мокрый от дождя сад, сумеречное пространство комнаты. Женские образы открывают особый мир, эмоциональный и загадочный мир женской души. Работы Ольги этого времени выразительны по цвету, интересны по композиционному ритму и идее, отражающей стремление автора к свободному выражению творческой натуры.
Созидательная натура Ольги Никитчик проявляется не только в художественном, но и в организационном качестве. Ольга — неутомимый энтузиаст: организатор и руководитель международной творческой группы «Цветы мира», объединившей женщин-художниц стран АТР, инициатор создания группы уссурийских художников «Круг», организатор художественной акции «Мост дружбы», благодаря которой в Уссурийске и городах-партнерах регулярно проходят международные выставки, многочисленных международных выставок в странах АТР, США, Австралии. Эта неутомимость позволяет пополнять и творческую копилку: в результате поездок и контактов с художниками разных направлений и традиций рождается новые сюжеты и проекты.
Сегодня живопись Ольги и Ивана Никитчик не только продолжение традиций дальневосточного искусства, сложившихся во второй половине ХХ века, но и одна из интересных страниц современной художественной жизни, в которой отчетливо звучит голос каждого.
Ольга Зотова,
Доцент кафедры журналистики и издательского бизнеса ШГН ДВФУ
Приморская организация союза художников России
Адрес: г. Владивосток, ул. Алеутская, 14а
Музей имени В.К. Арсеньева
г. Владивосток, ул. Светланская, 20
25 апреля в 16:00 в главном здании Приморского Государственного Объединенного Музея имени Владимира Клавдиевича Арсеньева состоится презентация книги «Дни в Романовке». В книге представлены японские фотографии, запечатлевшие русское старообрядческое село Романовка в Маньчжурии на рубеже 1930-1940 годов из собрания Приморского государственного Музея имени В.К. Арсеньева. Книга издана в рамках Программы «Первая публикация» Благотворительного фонда В. Потанина в 2012г.
Ямазоэ Сабуро – японский ученый-биохимик, сотрудник Института науки о труде; в 1939-1942 гг работал в Институте освоения земли в Маньчжурии под руководством Г.Тэруока. В 1930-х-начале 1940-х годов исследователи из токийского Института освоения территорий (сотрудником которого являлся Ямадзоэ Сабуро) изучали опыт успешного выживания русских в новых для них маньчжурских условиях.
На фотографиях, относящихся к довоенным 1938-1941 гг. и сохраненных Сабуро, можно увидеть, как в то время активно заселялись земли Маньчжурии, понять трудности выживания, преодоленные жителями Романовки. Успешный опыт освоения новых земель был важен и интересен для японской стороны, поэтому они специально послали в Романовку своих ученых представителей.
Эти фотографии как память о Романовке долгое время хранил профессор-биолог Я. Сабуро и незадолго до своей смерти передал их известному токийскому профессору-славянисту Накамура Ёсикадзу. Тот в свою очередь передал их в Приморский государственный объединенный музей имени В.К. Арсеньева.
В презентации примут участие авторы концепции издания:
— Наталья Толстая, руководитель Программы «Первая публикация» (г. Москва)
— Татьяна Юдкевич, шеф редактор издания (г. Москва)
— Накамура Есикадзу, почетный профессор Университета Хитоцубаси (Япония, г. Токио)
— Вера Кобко, ст. научный сотрудник Музея им. Арсеньева (г. Владивосток)
На презентации будет присутствовать дочь автора фотографий, японского ученого Ямадзоэ Сабуро – госпожа Марико Кошизаки.
Программа «Первая публикация» существует с 2007 года. Ее цель – предоставить российским музеям возможность познакомить отечественную и зарубежную общественность с малоизученными коллекциями или отдельными экспонатами. В рамках Программы ежегодно проходит ежегодный конкурс, на который поступают заявки на публикацию недостаточно известных или вовсе неизвестных коллекций.
Издания серии «Первая публикация» вызвали широкий общественный интерес и получили высокую оценку специалистов. Книги серии не раз становились лауреатами различных конкурсов (в т.ч. Конкурса Ассоциации книгоиздателей России и конкурса «Красивейшие книги мира» (г. Лейпциг, Германия), находились в шорт-листах «Книги года» Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Презентация состоится на выставке «Вера. Надежда. Маньчжурия. Русские старообрядцы в фотографиях японского ученого Ямадзоэ Сабуро» в Музее имени В.К. Арсеньева по адресу: Светланская, 20.
Приморский государственный объединенный музей имени В.К. Арсеньева
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 20
Телефон: +7 (423) 241-3896, 241-4089
URL: www.arseniev.org
Музей имени В.К. Арсеньева
г. Владивосток, ул. Светланская, 20
26 апреля в 16 часов в Музее имени В.К. Арсеньева в рамках программы мероприятий на выставке «Вера. Надежда. Маньчжурия. Русские старообрядцы в фотографиях японского ученого Ямадзоэ Сабуро 1938 – 1941г.г.» состоится лекция «Дни в Романовке. Размышления и впечатления». Лекцию ведет филолог-русист, почетный профессор университета Хитоцубаси, иностранный член Российской Академии наук, господин Накамура Ёсикадзу (Япония, Токио).
Накамура Ёсикадзу – известнейший японский филолог и историк, почетный профессор Университета Хитоцубаси (г. Токио, Япония), иностранный член Российской Академии наук. Основной круг научных интересов – изучение восприятия русской литературы и русской культуры в Японии. Автор книг и статей по древнерусской литературе, старообрядцах, русском фольклоре, культурных связей между Японией и Россией; участник «Энциклопедического словаря России-Советского Союза» (1989). Перевел на русский язык «Слово о полку Игореве», ряд древнерусский повестей, былин, произведений М.Ю. Лермонтова, Н.В. Гоголя, В.И. Белова, нучных трудов А.Н. Афанасьева, Д.С. Лихачева, А.М. Панченко и других.
Приморский государственный объединенный музей имени В.К. Арсеньева
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 20
Телефон: +7 (423) 241-3896, 241-4089
URL: www.arseniev.org
