Галерея «Арка» представляет выставку «Душевные разговоры о механизмах» шести молодых художниц: Головановой Анны, Ерахтиной Анастасии, Ефремовой Евгении, Медведевой Анастасии, Мельник Екатерины, Шелудько Ирины.
Творческие объединения в художественном мире всегда были эстетической платформой, на которой легче зародиться новому искусству. Собираясь в группы, художники полемизировали, дискутировали, делились мыслями, что только способствовало индивидуализации их таланта, помогало сформировать личную идею, побуждало к новаторству. Выставка «Душевные разговоры о механизмах» также родилась в обсуждениях молодых художниц о самостоятельном творческом проекте. Они не так давно закончили высшие учебные заведения, за время учебы не раз становились лауреатами российских и международных конкурсов, были отмечены наградами, участвовали в студенческих выставках. Накопилось достаточно сил и желания заявить о себе в новом качестве, войти в профессиональное пространство, в котором они уже сами могли бы определять границы своей творческой фантазии.
Лучше всего о бесспорно талантливом коллективе молодых художниц скажет их живопись, их работы, но в качестве предисловия хотелось все же обратить внимание взыскательного зрителя на то, что изобразительный язык художниц лишь формируется. Они находятся в поисках оригинальной манеры письма, особых выразительных средств, интересных сюжетов. Без этого просто невозможно пройти путь творческого созревания. В то же время выставка тем и интересна, что творчество молодых художниц дарит зрителю ощущение чего-то неизвестного, нового, свежего. Примечательно, что за долгие годы это первая коллективная выставка, в которой принимают участие только женщины – художницы.
Выставка молодых художниц, несомненно, демонстрирует преемственность пластического искусства Приморской школы и хочется верить, что действительно закладывает основу для нового витка в художественной жизни города Владивостока.
Посетителям галереи будет предоставлена возможность увидеть живописные полотна, глазурованную керамику, горячую эмаль.
Галерея «Арка»
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 5
Телефон: +7 (423) 241-0526, факс: +7 (423) 232-0663
URL: www.arkagallery.ru, www.artnet.com/arka.html
График работы: вторник — суббота с 11 до 18, вход бесплатный
Глава третья. Следствие (продолжение)
В 1939 такое всеобщее широкое разрешение было снято, снова требовалось бумажное оформление на пытку (в прочем, простые угрозы, шантаж, обман, выматывание бессонницей и карцером не запрещались никогда). Но уже с конца войны и в послевоенные годы были декретированы определённые категории арестантов, по отношению к которым заранее разрешался широкий диапазон пыток. Сюда попали националисты, особенно — украинцы и литовцы, и особенно в тех случаях, где была или мнилась подпольная цепочка и надо было её всю вымотать, все фамилии добыть из уже арестованных. Например в группе Ромуальдаса Прано Скирюса было около пятидесяти литовцев. Они обвинялись в 1945 в том, что расклеивали антисоветские листовки. Из-за недостатка в то время тюрем в Литве их отправили в лагерь близ Вельска Архангельской области. Одних там пытали, другие не выдерживали двойного следственно-рабочего режима, но результат таков: все пятьдесят человек до единого признались. Прошло некоторое время, и из Литвы сообщили, что найдены настоящие виновники листовок, а эти все ни при чём! — В 1950 я встретил на Куйбышевской пересылке украинца из Днепропетровска, которого в поисках «связи» и лиц пытали многими способами, включая стоячий карцер с жёрдочкой, просовываемой для опоры (поспать) на четыре часа в сутки. После войны же истязали члена-корреспондента Академии наук Левину.
Музей имени В.К. Арсеньева
г. Владивосток, ул. Светланская, 20
20 апреля в 15 часов на выставке «Вера. Надежда. Маньчжурия. Русские старообрядцы в фотографиях японского ученого Ямадзое Сабуро 1938–1941гг.» состоится мастер-класс дизайнера-стилиста Ольги Будник «Старообрядческая кукла». Стоимость комплекта для изготовления куклы, которую вы унесете с собой — 150 руб. Возможно, эта кукла, сделанная своими руками, станет самой любимой и дорогой для Вас.
Выставка работает по адресу Светланская 20, Стоимость билета на выставку: 100 руб. — для взрослых, 50 руб. – для пенсионеров. Для детей до 5 лет вход бесплатный.
Приморский государственный объединенный музей имени В.К. Арсеньева
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 20
Телефон: +7 (423) 241-3896, 241-4089
URL: www.arseniev.org
Глава третья. Следствие (продолжение)
И ночные допросы были главными в 1921 году. И тогда же наставлялись автомобильные фары в лицо (рязанское ЧК, Стельмах). И на Лубянке в 1926 (свидетельство Берты Гандаль) использовалось амосовское отопление для подачи в камеру то холодного, то вонючего воздуха. И была пробковая камера, где итак нет воздуха — и ещё поджаривают. Кажется, поэт Клюев побывал в такой, сидела и Берта Гандаль. Участник ярославского восстания 1918 Василий Александрович Касьянов рассказывал, что такую камеру раскаляли, пока из пор тела не выступала кровь; увидев это в глазок, клали арестанта на носилки и несли подписывать протокол. Известны «жаркие» (и «солёные») приёмы «золотого» периода. А в Грузии в 1926 подследственным прижигали руки папиросами; в Метехской тюрьме сталкивали их в темноте в бассейн с нечистотами. Такая простая здесь связь: раз надо обвинить во что бы то ни стало, — значить неизбежны угрозы насилия и пытки, и чем фантастичней обвинение, тем жесточе должно быть следствие, чтобы вынудить признание. И раз дутые дела были всегда — то насилие и пытки были всегда, это не принадлежность 1937 года, это длительный признак общего характера. Вот почему странно сейчас в воспоминаниях бывших зэков иногда прочесть, что «пытки были разрешены с весны 1938 года» [Е. Гинзбург пишет, что разрешение на «физическое воздействие» было дано в апреле 38-го года. В. Шаламов считает: пытки разрешены с середины 38-го года. Старый арестант Митрович уверен, что был «приказ об упрощённом допросе и смене психических методов на физические». Иванов-Разумник выделяет: «самое жестокое время допросов — середина 38-го года».]. Духовно-нравственных преград которые могли бы удержать Органы от пыток, не было никогда. В первый послереволюционный год в «Еженедельнике ВЧК», «Красном мече» и «Красном терроре» открыто дискутировалась применимость пыток с точки зрения марксизма. И, судя по последствиям, ответ был извлечён положительный, хотя и не всеобщий.
Вернее сказать о 1938 года так: если до этого года для применения пыток требовалось какое-то оформление, разрешение для каждого следственного дела (пусти и получалось оно легко), — то в 1937-38 ввиду чрезвычайной ситуации (заданные миллионные поступления на Архипелаг требовалось в заданный сжатый срок через аппарат индивидуального следствия, чего не знали массовые потоки «кулаческие и национальные») насилия и пытки были разрешены следователям неограниченно на их усмотрение, как требовала их работа и заданный срок. Не регламентировались при этом и виды пыток, допускалась любая изобретательность.
Институт научной информации —
Фундаментальная библиотека ДВФУ
г. Владивосток, ул. Алеутская, 65б
Альбом, автором-составителем которого является О.И. Зотова, доцент кафедры журналистики и издательского дела ШГН ДВФУ, — первый опыт исследования книжной графики Приморского края 2-й половины 20-21 вв. В издание включено более 160 работ Заслуженного работника культуры РФ В. Чеботарёва, Заслуженных художников РФ С. Черкасова, Ф.Г. Зинатулина, Е. Макеева, Г. Кунгурова, художников Ю. Аксенова, В. Воронцова, С. Горбача, Л. Козьминой, Д. Кудрявцева, В. Мечковского, Е. Осипова, М. Павина, Е. Петровского, В. Позигуна, В. Старовойтова, В. Трофимова, В. Убираева, В. Фёдорова.
Эти авторы вошли в число тех, кто работал и продолжает работать в области книжной графики, названной В. Фаворским «высоким искусством». Благодаря их таланту и профессионализму увидели свет десятки томов художественной литературы, книг для детей, поэтических сборников, научно-популярных изданий, учебников, изданных в Дальневосточном и Хабаровском книжном издательствах, издательствах Дальневосточного университета, «Уссури», «Утро России», «Русский остров», «Рубеж», «Светлана». Произведения художников книги хранятся в Приморской картинной галерее, музее им. В.К. Арсеньева, Приморской государственной библиотеке им М. Горького. Они представляют интереснейший пласт дальневосточного искусства, поскольку созданная для книги иллюстрация обретала самостоятельное значение, так как позволяла художнику выразить свое видение литературного материала.
Иллюстрации, включённые в альбом, дают полное представление об этапах работы над книгой и техниках: эскизы, заставки, буквицы, форзацы, шмуцтитулы, полноценные иллюстрации выполнены в разных техниках. Акварель, тушь, гуашь, карандаш, литография, линогравюра, смешанные техники, фотография — этот арсенал художественных средств позволял воплотить самый виртуозный замысел. Принципиальным условием, которое учитывалось при составлении альбома, было обращение к оригинальным графическим листам, сохранившим особенности фактуры художественного произведения.
Ольга Зотова, кандидат искусствоведения,
Доцент кафедры массовых коммуникаций
Гуманитарной школы ДВФУ
Дальневосточный филиал фонда «Русский мир»
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Алеутская, дом 65б
Телефон: +7 (423) 250-7508
URL: www.russkiymir.ru
Глава третья. Следствие (продолжение)
Так шло не только политическое, так шло и «бытовое» следствие. На процессе Главтопа (1921) подсудимая Махровская пожаловалась, что её на следствии подпаивали кокаином. Обвинитель парирует: «Если бы она заявила, что с ней грубо обращались, грозили расстрелом, всему этому с грехом пополам ещё можно было бы поверить» [Н.В. Крыленко. «За пять лет». ГИЗ, М-Пгд, 1923, стр.401]. Наган пугающий лежит, иногда наставляется на тебя, и следователь не утомляет себя придумываем, в чём ты виноват, но: «рассказывай, сам знаешь!» Так и в 1927 следователь Хайкин требовал от Скрипниковой, так в 1929 требовали от Витковского. Ничего не изменилось и через четверть столетия. В 1952 всё той же Анне Скрипниковой, уже в её пятую посадку, начальник следственного отдела орджоникидзевского МГБ Сиваков говорит: «Тюремный врач даёт нам сводки, что у тебя давление 240/120 этого мало, сволочь (ей шестой десяток лет), мы доведём тебя до трёхсот сорока, чтобы ты сдохла, гадина, без всяких синяков, без побоев, без переломов. Нам только спать тебе не давать!» И если Скрипникова после ночи допроса закрывала днём в камере глаза, врывался надзиратель и орал: «Открой глаза, а то стащу за ноги с койки, прикручу к стене стоймя!»
Выставочный зал:
г. Владивосток, ул. Алеутская, 12
Выставка открывается 15 апреля в 16:00. В экспозиции будут представлены кимоно, пояса к ним, норэн – традиционные японские занавеси, используемые в качестве ширмы или шторы (дверной, оконной), гобелены и образцы тканей Э Гасури. «Э» — по-японски «картина». Изготовление ткани с традиционными узорами «Кураёси Гасури» началось в конце эпохи Эдо (1603-1868гг.), но в начале ХХ века с бурным ростом процесса механизации было утеряно. Восстановлено в результате многолетних поисков и исследований во второй половине прошлого века.
15 апреля в 12:00 в Приморской государственной картинной галерее (Алеутская, 12) состоится пресс-конференция по случаю проведения выставки мастеров ручного ткачества из г. Кураёси, префектуры Тоттори (Япония).
Руководитель «Общества сохранения тканей с традиционными узорами» г-жа Фукуи Садако 16 апреля в 11:00 и 16:00 (Алеутская, 12) проведет мастер-классы по уникальной технике на специальных ткацких станках. Предварительная запись на обучение — по телефонам: 242-72-17 и 8-924-236-73-92.
Приморская государственная картинная галерея
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Алеутская, 12
Телефон: +7 (423) 241-1144, 241-1195
URL: www.primgallery.com
График работы: понедельник — четверг с 9:00 до 18:00, пятница с 9:00 до 17:00
Адрес: 690106, г. Владивосток, Партизанский проспект, 12
Телефон: +7 (423) 242-7748
График работы: понедельник — четверг, суббота — воскресенье с 9:00 до 18:00, пятница с 9:00 до 17:00
Выставочный зал:
г. Владивосток, Партизанский проспект, 12/h4>
Цель выставки — объединение учебных подразделений Владивостокского государственного университета экономики и сервиса (Классическая европейская прогимназия, Детская художественная школа Школы — интерната ВГУЭС для одаренных детей им. Н.Н. Дубинина, Академический колледж ВГУЭС и ВГУЭС) .
В экспозицию вошли более 100 работ от самых маленьких художников, которые ходят в детский сад до почти профессиональных художников, которые учатся в институте. Темами картин послужили удивительные красоты пашей планеты и ее обитателей. Работы выполнены в различных техниках станковой живописи (реализм, лучизм, авангардизм, пуантелизм и др.), они несут в себе искреннюю и позитивную энергетику детского творчества.
Приморская государственная картинная галерея
Адрес: 690091, г. Владивосток, ул. Алеутская, 12
Телефон: +7 (423) 241-1144, 241-1195
URL: www.primgallery.com
График работы: понедельник — четверг с 9:00 до 18:00, пятница с 9:00 до 17:00
Адрес: 690106, г. Владивосток, Партизанский проспект, 12
Телефон: +7 (423) 242-7748
График работы: понедельник — четверг, суббота — воскресенье с 9:00 до 18:00, пятница с 9:00 до 17:00
Глава третья. Следствие (продолжение)
Вот вспоминает о 1921 годе Е. Дояренко: лубянская приёмная арестантов, 40-50 топчанов, всю ночь ведут и ведут женщин. Никто не знает своей вины, общее ощущение: хватают ни за что. Во всей камере одна-единственная знает — эсерка. Первый вопрос Ягоды: «итак, за что вы сюда попали?» — то есть, сам скажи, помоги накручивать! И абсолютно тоже рассказывают о рязанском ГПУ 1930 года! Сплошное ощущение, что все сидят ни за что. Настолько не в чем обвинять, что И.Д. Т-ва обвинили… в ложности его фамилии. (И хотя была она самая доподлинная, а врезали ему по ОСО 58-10, 3 года.) Не зная, к чему бы придраться, следователь спрашивал: «Кем работали?» — «Плановиком.» — «Пишите объяснительную записку: Планирование на заводе и как оно осуществляется. Потом узнаете за что арестовали.» (Он в записке найдёт какой-нибудь конец.)
Да не приучили ли нас за столько десятилетий, что оттуда не возвращаются? Кроме короткого сознательного попятного движения 1939 года, лишь редчайшие одиночные рассказы можно услышать об освобождении человека в результате следствия. Да и то: либо этого человека посадили снова, либо выпускали для слежки. Так создалась традиция, что у Органов нет брака в работе. А как же тогда с невинными?..
В «Толковом словаре» Даля проводится такое различие: «дознание разница от следствия тем, что делается для предварительного удостоверения, если основания приступить к следствию».
О, святая простота! Вот уже Органы никогда не знали никакого дознания! Присланные сверху списки или первое подозрение, донос сексота или даже анонимный донос влекли за собой арест и неминуемое обвинение [Статья 93-я Уголовно-процессуального кодекса так и говорила: «анонимное заявление может служить поводом для возбуждения уголовного дела» (слову «уголовный» удивляться не надо, ведь все политические и считались уголовными).]. Отпущенное же для следствия время шло не на распутывание преступления, а в девяноста пяти случаях на то, чтоб утомить, изнурить, обессилить подследственного и хотелось бы ему хоть топором отрубить, только бы поскорее конец.
Уже в 1919 главный следственный приём был: наган на стол.
Глава третья. Следствие (продолжение)
Исключительность, которую теперь письменная и устная легенда приписывает 37-му году, видят в создании придуманных вин и в пытках.
Но это неверно, неточно. В разные годы и десятилетия следствие по 58-й статье почти никогда и не было выяснением истины, а только и состояло в неизбежной грязной процедуре: недавнего вольного, иногда гордого, всегда неподготовленного человека — согнуть, протащить через узкую трубку, где б ему драло бока крючьями арматуры, где б дышать ему нельзя, так чтобы взмолился он о другом конце, — а другой-то конец вышвыривал его уже готовым туземцем Архипелага и уже на обетованную землю. (Несмышлёныш вечно упирается, он думает, что их трубы есть выход и назад.)
Чем больше миновало бесписьменных лет, тем труднее собрать рассеянные свидетельства уцелевших. А они говорят нам, что создание дутых дел началось ещё в ранние годы Органов, — чтоб ощутимо была их постоянная спасительная незаменная деятельность, а то ведь со спадом врагов в час недобрый не пришлось бы Органам отмирать. Как видно из дела Косырева, положение ЧК пошатывалось даже в начале 1919 [Часть первая гл.8]. Читая газеты 1918 года, я наткнулся на официальное сообщение о раскрытии страшного заговора группы в 10 человек, которые хотели (только хотели ещё!) втащить на крышу Воспитательного дома (посмотрите какая там высота) пушки — и оттуда обстреливать Кремль. Их было десять человек (средь того, может быть, женщины и подростки), неизвестно сколько пушек — и откуда же пушки? калибра какого? и как поднимать их по лестнице на чердак? И как на наклонной крыше устанавливать? — да чтоб не откатывались при стрельбе!.. А между тем эта фантазия, предвосхищающая построения 1937 года, ведь читалась же! и верили!.. Таким же дутым было и «гумилёвское» дело 1921 года [А.А. Ахматова называла мне имя того чекиста, кто изобрёл это дело, — Яков Агранов.]. В том же году в рязанском ЧК вздули ложное дело о «заговоре» местной интеллигенции (но протесты смельчаков ещё смогли достигнуть Москвы, и дело остановил). В том же 1921 был расстрелян весь Сапропелиевый комитет, входивший в Комиссию Содействия Природным Силам. Достаточно зная склад и настроение русских учёных кругов того времени и не загороженные от тех лет дымовой завесой фанатизма, мы, пожалуй, и без раскопок сообразим, какова тому делу цена.
13 ноября 1920 года Дзержинский в письме в ВЧК упоминает, что в ЧК «часто даётся ход клеветническим заявлениям».
