«Печатная графика. Красноярск». Часть 1
Часть 1
В августе 2009 года во Владивостоке в зале Приморской организации ВТОО «Союз художников России» прошла выставка красноярских художников под названием «Сибирь недальний восток». На ней было много всего интересного. Сейчас мы имеем возможность еще раз увидеть графические работы с этой выставки. С удовольствием представляем вам первую часть работ и беседу с куратором выставки Сергеем Форостовским.
Важно ли для художника профессиональное образование? Где нужно учиться?
Я думаю, что важно. На самом деле важно, а уж потом в твоих силах и в твоей компетенции остается, ты будешь работать в рамке школы либо откажешься от школы.
И школа нужна?
Школа 100% нужна. Потому, что это и кругозор, потому что это свобода.
А где нужно учиться? Потому, что, например, многие считают, что академическая школа она из тебя, что называется, выхолаживает все живое, есть такое?
Да, она вытравливает все живое.
Но это надо пройти?
Да, если ты природный художник, ты вытравишь потом из себя академическое. Но академическое это не есть плохо, то есть сам каждый для себя решает он будет потом в русле академизма работать или не будет. Если он первоначально художник внутри, он пройдет академизм…
Прорастет что-то, да?
Да, и пойдёт дальше, и будет искать свою дорогу, будет искать свой собственный путь. Другое дело, каждый сам для себя определяет качество и количество образования. Либо оно во времени растягивается, либо некоторым во времени не нужно столько сил и энергии тратить они гораздо быстрее форсирует этот путь, академический. Я, например, прошел весь академический путь, от самых низов до аспирантуры, все закончил и мне, на самом деле, стоило большого труда отойти от академизма. Но, тем не менее, я все это сделал. Но я мог и оказаться в русле академизма, тоже это бы мне не помешало. Поэтому вот эти вот разговоры «нужно ли художнику базовое образование или не нужно», я утверждаю еще раз, что оно нужно.
Ну, мы так тоже вообще-то думаем.
Такой же вопрос можно было бы задать Ростроповичу, и спросить у него – вам нужна была школа или нет, или вы бы остались на уровне любителя? В этом есть свой драйв, ты кайфуешь, ты можешь плавать по течениям, то тебя туда занесет, то сюда занесет, но при этом ты анализу подвергать не будешь то, что ты делаешь.
Это более такой высокий уровень, более глубокий… Существуют какие-то профессиональные критерии…
Конечно, как «Отче наш».
Вот это как раз проблема востока и запада, я много сейчас живу в Германии и там, на самом деле, очень слабая школа рисовальная, об академической я вообще молчу, последние 15-20 лет. Потому, что гуманно очень подходят к ученикам, жалеют их, не можешь ходить три раза в неделю – ходи два, не можешь два – ходи один или вообще раз в месяц. Такой строгости профессиональной нет и, в этом смысле, мы их опережаем, потому, что у нас выучка, у нас дисциплина внутренняя, мы всё можем. А потом ученичество – один из восточных путей, предполагает огромное смирение, поэтому смирись, пройди через школу, а потом выбирай себе путь, пожалуйста.
Существует такое выражение художник должен быть голодным (вообще творческий человек). Какие должны быть, по вашему мнению, взаимоотношения художника с деньгами?
Во-первых, каждый сам для себя определяет степень голода. Я тоже долго считал, что художник должен быть голодным. А сейчас я считаю, что у художника должны быть деньги. Деньги это что? Для меня деньги – это свобода. Я спокойно передвигаюсь по миру, например, из последних моих мест проживания: Иран, несколько месяцев я провел, путешествуя по Ирану; в мае я провел две выставки одну в Вестфалии, одну в Берлине; в июне я был во Внутренней Монголии; в августе я открываю выставку во Владивостоке, потом заезжаю в Харбин на два месяца по контракту, вот вам степень моей свободы. То есть, я, в принципе, голодный, у меня нет машины, только квартира, мне нужен минимум денег, чтобы я мог передвигаться, соответственно расти, соответственно развиваться. А сидеть голодным, да ещё бравировать тем, что ты голодный – это даже степень невоспитанности. Сейчас я так считаю, на данном жизненном этапе, 5-10 лет назад я считал по-другому.
Самая экзотическая площадка, где проходила ваша выставка?
Кроме официальных залов от Берлина до Харбина у нас была однажды выставка студенческих работ на Камчатке в рыболовецком колхозе, там был «День рыбака». Варились огромные чаны с ухой, спирт лился рекой, а у нас выставка была на улице, работы стояли на таких подставочках. В моей жизни была такая выставка: вот они горы, вот они вулканы, вот она рыба красная, которая идет в реках, и тут же выставка развернута прямо на футбольном поле, где рыбаки гуляют.
В мировом искусстве есть ли у Вас какие-то ориентиры, особо значимые имена?
Я очень люблю Эндрю Уайета (Andrew Wyeth), с самого детства люблю его творчество.
А что в нём вот такое вот, возвращаться заставляет?
Во-первых, самое главное, очень крутой ассоциативный ряд, при гиперреализме, у него отрисовано всё просто офигеть, кроме этого очень большая культура подачи и исполнения. Мастер вообще шикарнейший.
Как влияет на Ваше творчество чтение, есть ли у Вас любимые авторы?
Конечно, у меня настольная книга Маркеса «Сто лет одиночества», я её могу вдоль и поперек перечитывать.
А почему именно она?
Потому что там такая реалистическая сказка, бытовая фантастика и она очень философская книга, поэтому я её бесконечно читаю. Маркес для меня – это высший пилотаж.
Есть ли у вас тяга к экспериментам творческим?
У меня есть техника такая «Тихий стиль», когда я пишу без белил, то есть я использую белизну холста, делаю подкладку белым акрилом, а сверху пишу тряпками одной краской коричневой, только разной тону, разной степени яркости, вот эту технику я изобрёл, будучи в Китае.
Случалось ли у вас совместное творчество? Легко ли это?
Я несколько раз с парнями делал эксперименты в Харбине, мы втроем писали несколько картин и это очень интересно.
Это положительный был опыт, не раздражало?
Да, положительный. Внутренняя гармония должна быть между людьми, которые пишут. Гармония внутренняя не всегда же бывает, бывает, с человеком даже рядом находиться не можешь, человек молчит, ты молчишь, а внутри такое столкновение происходит. Поэтому когда мы втроем делали пейзажи, одновременно, не один пишет, а в «три руки», кто-то с чем-то не согласен, кто-то с тобой не согласен и в этом есть какая-то коммуникация и элемент толерантности, когда ты прислушиваешься к чьему-то мнению. И результат получился очень хороший.
