Проходят столетия, и вроде бы всё изменилось до неузнаваемости. Столько течений и направлений, а искусство по-прежнему какой-то своей частью ищет свободы. Может это и атавизм переходного возраста или утопия состоявшегося сознания. Может её и не существует? Но искусство всегда её ищет. Меняется форма, а не содержание. Раньше рисовали здания, теперь — на зданиях. Но какая разница, если посмотреть на это немного сверху? С высоты времени, истории и жизненного опыта.
Свободу искали и будут искать во все времена. Эти поиски расширяли границы территорий и сознания, выходили за рамки картин и мастерских. Так искусство перешло на улицы. Австралийский художник Жак Рапманд занимается граффити. Небо, ветер, солнце над головой, огромные, по сравнению со многими привычными форматами, стены, такой простор для полета мысли. Казалось бы, что может быть более свободным? Однако всё не так просто. У граффити сложные отношения с властями. Рисунок на стене может караться как штрафом, так и тюремным заключением. Но запретный плод всегда будет сладок, всегда найдется кто-то, кто захочет нарушить табу. Кто он? Преступник, изгой, мечтатель, герой? А может быть всё вместе? История решала по-разному. Кому-то удавалось расширить рамки дозволенного, а кто-то оставался ни с чем. Казалось бы, в современной реальности в искусстве можно если не всё, то почти всё. Сложно представить, каких запретов не нарушали. Но вопрос в том для чего? Для поиска новых возможностей реализации себя, для выразительности, для того чтобы донести свою идею, иногда для славы, иногда, чтобы шокировать и, конечно же, для того чтобы хоть на миг приблизится к этому пьянящему чувству свободы, пережить чувство похожее на полёт, только внутренний. Взлететь, расправив крылья, и посмотреть на всё немного сверху.
Ангелина Селиверстова
I have been cutting stencils for the last 6 years, using elements and inspiration from cinema, horror, poster art and comics. Starting out as a hobby, I’m completely self taught, spending countless hours hunched over a desk, cutting. I made the move to Melbourne to focus on making a career out art and have strayed away from stencils, developing my style using freehand techniques. I’m a close and frequent collaborator with Prole, short for Proletarian, a Melbourne based street artist who has broken onto the scene using stickers and wheate paste to get up around town. Prole and I often swap styles and imagery in an attempt to subvert mass advertising and branding and generally make the streets a more exciting place to be.
Такой разный. И такой один. Владивосток. Город-сказка, город-мечта. Для кого-то это город с «запахом бензина и дорогих духов», как поётся в одной песне, город витрин и пробок, туристов и японских машин, а для кого-то это город не только кирпича и асфальта.
Город может быть и совсем другим: с пробивающимся из асфальта ростком, с тишиной уединённых скверов, с ветром, гуляющим по крышам, с задумчивостью тенистых парков, со старыми зданиями, с их особым очарованием. Такой город открывается не каждому. Всё это — маленькие островки гармонии в шуме большого города. И море. «И только море воды». Владивосток — это еще и город порт. Город у моря. Город свободы, ветра и особенной погоды. Такой город показала Виктория Косенко в своих работах. А какое небо на этих картинах! Такое чистое, такое голубое. Небо, не перечеркнутое проводами. Город на этих работах не перевязан цепью телефонных проводов, он освобождён художником. Для зрителя осталось всё лучшее. А запоминается лучшее моментами, вспышками образов. Они врезаются в память, и остаются там навсегда. И образы эти самые разные: виды моря, живописная окраина, ваза на окне, пробежавшая кошка. Но образы эти не фотографические, они не копируют линии города, они показывают эмоции и саму суть, завораживают цветовым решением, показывают мироощущение художника, они так тесно связаны с жизнью, с тем, что можно увидеть каждый день, но мы часто этого не замечаем, проходим мимо, упуская повседневную красоту жизни. Но художник всегда видит больше, показывает нам то, что мы иногда не замечаем, иногда не успеваем заметить. И поэтому они дороги сердцу. Это картины о городе, картины о жизни в картинах маслом.
Ангелина Селиверстова
P.S. Информацию о Виктории Косенко, а так же другие ее работы вы можете посмотреть в галерее «Арт Владивосток» в разделах: живопись, прикладное искусство, графика.
«Дайте мне точку опоры — и я переверну землю» (Архимед)
«Три королевства»
Точка отсчета. Точка схода в перспективе. Точка в предложении, меняющая смысл и казнить уже нельзя. Помиловать? Точка над «и» и точки над «ё». Дайте мне точку опоры — и я переверну землю. Дайте мне просто точку — и я сделаю тоже самое. Точки как мгновения нашей жизни, часто ставим точку и начинаем с чистого листа, в который раз. И вся жизнь помечена этими точками. Фотографии — хранители памятных мгновений жизни, всего лишь скопление точек, пикселов. Миллиарды лет истории земли. Человек — всего лишь точка в этом огромном пространстве. Человеческая жизнь — песчинка в пустыне жизни. А время бежит так быстро, утекая как песок сквозь пальцы. Что мы можем сделать за это время? Посадить дерево, вырастить сына, построить дом? Что можно сделать, пока точкой опоры не стали костыли? И на месте ответа таинственно-неоднозначнозначное многоточие… Можно попытаться оставить после себя свой след, свою точку в истории, а можно и дальше сидеть на «пятой точке». В общем-то, правильных ответов нет, вам выбирать точку зрения, а может многоточие и есть этот философский ответ.
Пуантель — графическая техника многоточия. Точкой можно выразить себя. Точка — средство выражения. Невероятно сложная и кропотливая техника, но ровно настолько же красивая. Как никакая другая в графике передает все тончайшие грани формы. Хотя, казалось бы, всего лишь точки. Точкой можно сказать очень много, высказать то, что находится не на поверхности, достучаться до истины. Когда слова часто повторяются, они перестают что-либо значить, устаревают, изнашиваются, становятся пустыми звуками, эхом отдаются в голове. Как же быть, как выразить себя, как сказать о главном? Писатели обычно играют со словами, тем самым вдыхая в них новую жизнь. А что же делать художникам? Вместо ответа многоточие. Сам ответ — многоточие.
Все вместе мы постарались графически выразить свои впечатления от гениальной сказки Льюиса Кэрролла «Алиса в стране чудес». В этой сказке тонкое переплетение реального и фантастического, каламбуров, соединения несоединимого, и наоборот разъединения неразрывно связанного, абсурд с одной стороны и величайшая глубина мысли с другой. Всё это, надеюсь, отразилось в картинах. Они полны аллюзий и ассоциаций. Но личность авторов и их богатое воображение не могли не отразится на иллюстрациях так же. Выставка — это Кэрролл в современном прочтении, это не буквальный пересказ, а творческое переосмысление, «Алиса в стране чудес» через призму современности. Все работы объединяет техника пуантели, только она могла показать всю тонкость и изящество ткани кэрролловского текста. В эпизоде, когда Голубка доказывает Алисе, почему та змея, если присмотреться к «доводам» Голубки оказывается, что нонсенс, на первый взгляд, не имеющий обоснований, логически выстроен и математически обусловлен. Нужно всего лишь сменить систему координат или точку отсчета.
Вам выбирать точку зрения, главное, чтобы точка зрения не заменила зрения. А я заканчиваю, но не ставлю точку, ставлю многоточие…
Ангелина Селиверстова
Как всё начиналось…
После моего недолгого преподавания на кафедре графического дизайна ДВГТУ, осталось несколько студентов, с которыми не хотелось расставаться и хотелось сделать что-то вместе. Так возникла идея этой выставки — собрать разные видения этой всем известной, но, вместе с тем, загадочной сказки. Работа продолжалась чуть больше года. Мне не хотелось в этот раз быть преподавателем для них, скорее равным партнером, может быть, отягощенным функциями организатора, в этом, конечно, помогал Артём Теняков (координатор проекта «Арт Владивосток»).
Всем была предоставлена полная свобода в выборе сюжетов, трактовке их и даже можно было сочинить своё продолжение сказки. Единственно пристрастно я относилась к технике исполнения. Поэтому, эти работы можно считать полноценной попыткой творческой практики ребят.
Кира Лукьянчук,
координатор проекта «Арт Владивосток»
